Книга (не) Родная дочурка для мэра, страница 10 – Лена Лорен

Скорее всего, у него уже имеются определенные догадки на мой счет, и сейчас он хочет проверить, так ли на самом деле.

— Я сейчас безработная, — отрезаю.

— Но чем-то же ты занималась до того, как стала безработной?

Занималась, конечно. Я грезила мечтой стать дизайнером, и была в шаге от ее исполнения.

В свое время я выучилась по профессии. Выйдя в декрет, создала личный сайт, запустила рекламу и даже разработала парочку небольших проектов для своих первых клиентов. Всё шло как по маслу, однако вскоре Стёпа открыл свой шлакоблочный бизнес и нагрузил меня дополнительной работой. А на собственные проекты мне просто-напросто не оставалось ни сил, ни времени.

Но кому какое дело до этого?

— Да так… Работала то тут, то там, — жму плечами, отделавшись сумрачным ответом, на что мужчина протяжно хмыкает и щурит свои проникновенные глаза.

— На месте! — оповещает нас водитель.

Глянув в окно, я замечаю, что мы уже стоим напротив бабушкиного дома.

Вздохнув с облегчением, я аккуратно тормошу дочь.

— Катюш, просыпайся, мы уже приехали.

Катя разлепляет слипшиеся веки, зевает заразительно и потягивается.

— Мамочка, мне приснилось, что папа подарил мне кукольный домик, — произносит она с вдохновенным видом, а потом мигом омрачается, надувает губки и тяжело вздыхает. — Но он уже не подарит, он же бросил нас.

Ох. Мое сердце точно сегодня не выдержит.

— Солнышко мое, не грусти, у тебя в любом случае будет кукольный домик, я тебе это обещаю, — говорю с теплотой и чмокаю дочурку в носик, поглядывая краем глаза на Богдана Никольского.

А тот словно завис. Смотрит на нас обеих задумчиво и не моргает даже.

— Ну всё, Катюнь, давай выходить, мы уже засиделись.

Я тянусь к дверной ручке, и в этот момент Богдан отмирает. Он опережает меня, открывает дверь.

— Постойте, это не самая лучшая ид…. — визгливым тоном пытаюсь предупредить его, но поздновато я спохватилась.

Слово «идея» так и застревает у меня в горле, поскольку Богдан Никольский уже выскочил из машины, ступая своими дорогущими ботинками прямо в грязь.

Ой…

По скорчившейся гримасе видно, что ему неприятно стоять по щиколотку в грязи, но, на удивление, никаких бурных реакций от него не следует. Он лишь смешно подрыгивает ногой, как кот, наступивший на что-то мокрое.

А я ждала, если честно. Ждала, что этот чистоплюй хотя бы выматерится… Но хорошее воспитание не позволили ему этого сделать при ребенке.

Зачет ему.

Катюшка выпрыгивает из салона первой и как угорелая несется к забору.

— Прошу, Наталья.

Богдан галантно подает мне руку, я вкладываю в нее свою ладонь. И так получается, что я запинаюсь о порог авто, и меня буквально несет вперед головой. И я бы наверное встретилась лицом с грязью, если бы не непревзойденная реакция Богдана Никольского и его сильные руки, которые вовремя обхватили меня и не дали упасть.

— Я бы на твоем месте не стал принимать грязевые ванны… Если только эта грязь не лечебная, — произносит он прямо у моего уха, прижимая меня к себе, и где-то внутри у меня начинает гудеть нерв.

Задержав дыхание, я медленно выпрямляюсь и вскидываю голову на мужчину.

Ну ничего себе, какой высоченный! Прямо-таки великан.

— Это вышло непреднамеренно, я просто споткнулась, — оправдываюсь сиплым голосом, глядя в его глаза.