Книга Сила Веры, страница 2 – Елена Борисовна Смирнова

Михаил сказал, что будет аккуратно перечислять сумму на дочь каждый месяц, попросил не подавать на алименты. Вера повелась на эти благие речи. В сухом остатке за два года до совершеннолетия папаша принес ей один раз в конверте пять тысяч рублей, несколько раз перевел бывшей супруге по полторы тысячи на карту, как-то предложил дочке приехать к ним и выбрать из гардероба его молодой супруги вещи, которые она больше не носила, сделав акцент на словах «брендовые» и «капсульные». Потом Вера слушала постоянные отговорки, что зарплату задерживают и еще что-то тому подобное. А еще чуть позже папа Жени стал молодым папашей, в его новой семье родился сын, ну, теперь-то было точно ясно, что он откололся навсегда.

Вера Орлова была рачительной хозяйкой, она умела правильно распределять средства, чтобы и вкусно питаться, и прилично одеваться, чтобы дочь не чувствовала себя обделенной, раз уж папаша оказался таким обманщиком. Как говорится, жена может сколько угодно быть ненавистной и надоевшей, но какое это имело отношение к совместным детям? Повзрослев и приведя свои мозги в порядок, Жене в какой-то момент стало дико стыдно и неловко перед матерью.

— Мамуль, прости меня, пожалуйста. Я совершенно не понимала, что лепила тебе. А теперь я точно знаю, что все в нашей семье держалось и держится на тебе. Вот уже три года мы живем вдвоем, а я ничего не заметила, кроме того, что в нашей квартире стало больше места. — Дочь обняла мать и заурчала, подражая ласковому котенку.

— Я знала, что ты у меня умница, пережили болезни роста, идем дальше, полет нормальный. — Вера погладила дочь по голове. — Кстати, как у вас с Димой?

— Нормально все, он предложил мне переехать к нему, он как раз снял новую квартиру. Я сказала, что должна подумать, — Евгения внимательно посмотрела на мать, — с одной стороны, можно, конечно, переехать, а ты? Ты же останешься здесь совсем одна. — Женя поджала губы подковкой.

Вера улыбнулась. Ей было приятно, что дочь думает и о ней тоже. В любом случае выбор должна была сделать именно Евгения, а там уже будет видно, что и как.

— Котенок, мне очень приятно, что ты думаешь обо мне, но моя жизнь уже прожита, надеюсь, наполовину, у меня есть ты, я была замужем, возможно, я еще устрою свою личную жизнь. Поэтому, если ты считаешь, что готова жить самостоятельно, надо переезжать. Дима мне нравится. Надо пробовать. Деньжат подкину, еды тоже, забегайте. Главное, учись, получай образование. — Вера чмокнула дочку в щеку.

— Мамочка! Спасибо тебе. Ты так все складно объяснила, что теперь я точно знаю, что надо переезжать. Придется приобщиться к готовке. Научишь? — Женя прищурила глаз.

— Да о чем речь! Ко всему привыкнешь и приспособишься. Все мы такими когда-то были, главное, если есть желание, все обязательно получится. Иди, собирай вещи, Димка небось заждался твоего заветного «я согласна». — И Вера снова прижала к себе дочку.

С пятнадцати часов 4 февраля входная дверь квартиры Веры Орловой, не успев закрыться, открывалась снова. Однокашники один за другим заполняли уютное жилище. Стол на кухне был занят пакетами, коробками и коробочками. Накрыли стол. Саня Пархоменко, считавшийся среди одноклассников джентльменом, принес красивый букет хозяйке квартиры. Вера поставила цветы в вазу. Она припоминала, что классе в пятом очень нравилась Сане. В те годы высшей степенью проявления внимания и чувств было дернуть за косичку или оглоушить портфелем по голове. Косичек у Веры не было, а Пархоменко был уже тогда хорошо воспитан, поэтому после уроков он брал портфель Веры и тащился следом за ней.