Книга Нити судьбы, страница 98 – Виктория Рэй

— Расскажи мне о Диме, вас ведь что-то связывает, верно? — Задаю вопрос, который не так давно начал меня волновать. Смотрю на мужчину, оценивая его реакцию, которая оказалась не такой уж и плохой. Он устремил взгляд в потолок, и улыбнулся.

— Он мой брат. Сводный! У нас одна мама. — Его слова удивляют меня, из-за чего я вскидываю брови, оперевшись на локоть, взглянула на довольного Даниеля, который явно ожидал от меня такой реакции.

— И как давно ты собирался сказать мне об этом? — С удивлением задаю вопрос. Даниель хмыкнул.

— Но ведь сказал. — Язвит парень, отведя взгляд.

— Мама была русской, да? — Даниель вновь смотрит на меня, и его рука убирает локон моих волос за ухо.

— Мой отец хотел себе русскую жену, и приехал в Россию, даже не смотря на запрет своего отца он нашёл маму и забрал в Испанию. Но отец не знал о том, что у неё уже есть сын, а когда узнал, был не против, чтобы он виделся с мамой, и так мы стали поддерживать связь. — Рассказывает Даниель, отчего его слушать захотелось ещё больше.

— Почему его отец был против русской жены? — Задаю вопрос.

— В нашей семье не было принято заводить отношения с иностранками. Но отец пошёл против этой системы, и дедушка лишил его наследства - семейного бизнеса. — Даниель смотрит в потолок, рассказывая. Наблюдаю за тем, как меняется мимика его лица, как шевелятся губы. — Но отец не сложил руки, а построил свой ресторанный бизнес, в котором ему помогала мама, и даже не смотря на все взлеты и падения, они шли руку об руку. У мамы был не сладкий первый брак, в котором ее муж был настоящим тираном, и ей пришлось отдать Диму в интернат, ибо даже прокормить толком его не могла, работая на двух работах, а муж частенько поднимал руку на них двоих. — Внутри все сжалось от его рассказа, будто я там побывала, но несмотря на страх, я хочу остаться там. — Помню, когда у отца прогорел первый бизнес, тогда мы жили в двух комнатной квартире. Мне было лет пять. Отец был злой, и винил всех в провале. Года два было его бизнесу, если не ошибаюсь. И даже накричал на маму, но она просто молча ушла, дав ему немного побыть с собой, и после вернулась с деньгами, которые откладывала на всякий случай, и этот случай произошёл. Дала ему идею, а через неделю составила маркетинговый план. Отец по сей день души в ней не чает. — Сколько любви было в его голосе, и после такого понимаешь, что он любит своих родителей больше всего, и они действительно были примером для него, что не скажешь о моем отце...

— Она научила тебя русскому? — Задаю вопрос. Даниель поворачивает ко мне голову, после чего переворачивается на бок, его рука ложится на мою талию, а взгляд устремляется в мои глаза.

— Да. Она много говорила о России, и иногда мы даже сюда приезжали. — Он вздохнул. — Но шесть лет назад я сам сюда приехал, и связался не с теми людьми. — Закусываю губу, сразу вспоминая Максима, его слова, и то, что он рассказывал о Даниеле.

— Ты говорил, что твой отец также боролся с демонами, как и ты. — Даниель смотрит на меня, и вижу то, как он сглотнул.

— Да. Он бил меня, и я видел то, какие были его чёрные глаза, впрочем, ты понимаешь, о чем я. — Киваю, вспомнив тот день. Машинально сжимаю руку в кулак, и кусаю внутреннюю часть щеки. — Это бывало в те моменты, когда ему что-то не нравилось, или у него что-то не получалось. Но у моей мамы получалось его успокоить, и я не знаю как, но он через полчаса становился спокойным, и со временем у него это прошло. Он говорил, что мама особенная, которая помогла ему выбраться из ада. Ведь любовь слепа, и она не выбирает, кого любить. — Даниель смотрит на меня, и почему-то меня одолевает огорчение от мыслей, что его любовь может выбрать не меня. Это грустно, но в то же время есть капля правды, что лучше будет так, как суждено быть. Но мне очень захотелось познакомиться с его мамой, ведь по рассказу кажется, что она очень хорошая женщина. — Почему твой отец не любит твою маму? — Задаёт вопрос, на который я не хотела отвечать. Но ведь Даниель рассказал о себе, а ему тоже было нелегко.