Книга Бывшая принцесса, страница 88 – Мария Киселева

У меня в руках, мать его, каждый из присутствующих. И если я “забуду” отправить уведомление хоть одному информатору, кто-то из клиентов МакГрат пойдет ко дну. Это временная мера, на конкретно такой случай.

Я натренированным движением убираю пистолет и касаюсь пустого безымянного пальца, когда большая часть людей отмирает — им не впервой, и идет в сад или просто отвлекаются. Дедушка дымит сигарой, коротко кивает головой, словно я послушная девочка. Черт.

Смотрю направо, где все еще стоит Николай. Его руки сложены на груди, но в одной все еще оружие, а палец на курке. Мне нельзя этого делать, так что я…

— Зачем ты носишь эти стекляшки, Львенок?

На мне настоящие рубины, но ничего не пойдет в сравнение с качеством огранки камней Громовых, даже это колье, купленное до представление в Christie's.

Меня убивает его голос.

— Квин.

Поворачиваюсь к Анне, словно она спасательный круг.

— Привет.

— Мы можем…

Это тоже не лучшая из идей, но я киваю девушке, согласная на любое общество, только бы подальше от каменного изваяния под именем Николай.

— Ты не представляешь сколько произошло за эти три недели.

Три недели без них. Без него.

Мы заходим в малую гостиную, включаю только пару ламп, оставляя нас в полумраке.

— Ник решил, что части, которая не живет в Атлантик-Сити лучше подождать во Флориде. На всякий случай. Нужно было убедиться, что Остров в пригодном виде, ну и, что итальянцы усвоили урок.

— Усвоили? — облизываю пересохшие губы.

Анна говорит с такой энергией, словно рассказывает сплетни лучшей подруге.

— Это была паранойя Ника, Сергея и Павла.

Она поправляет прическу рукой, вынимая шпильку. Я захожу за спину, чтобы помочь закрепить аккуратный пучок.

— Они убили каждого, Квин. — замираю, радуясь, что никто не видит моего лица — Он убил. Никто не ступит на Остров без согласия Главы.

— Но это из-за меня. — произношу одними губами.

— Предполагала…

Поворачивается.

— Не было и дня, когда я не жалела об этом. Мне не следует говорить, потому что это ничего не значит.

— Он хочет, чтобы ты вернулась.

— Этого не будет.

— Это значит, что тебе все равно, и ты вернешь кольцо моей матери?

В ее словах ни капли надежды, только намек на мою ложь.

— Матери?

— Обручальное. Сапфир.

— Николай предлагал мне шесть или восемь колец и все миссис Громов?

— Оно было одно, “парадное”, оставленное ею дома.

— Я… мне нужно будет сходить за ним наверх.

— Квин. — она берет меня за руку, смотрит на предплечье, которое чуть прикрывает большая декоративная роза, на нем все еще след от пули — Не надо.

— Я не смогу вернуться. Не смогу смотреть всем в глаза, жить с Николаем, который не сможет мне доверять.

— Никто не узнает, а Ник… ты спасла ему жизнь в Албании, он любит тебя до безумия, так что вернись ради моего брата.

Кладу руку на пальцы Анны, сжимающие мое запястье.

— Я за кольцом, дай мне пять минут.

Она отпускает меня.

Добираюсь до второго этажа во время одного из важнейших приемов в моей жизни, петляю по коридорам, чтобы ворваться в комнату и дать себе хотя бы малейшую передышку, прислонившись спиной к двери. Мне нельзя задерживаться, так что я распахиваю глаза и заставляю тело собраться.

— Все в порядке. — шепчу под нос, когда захожу в гардеробную — Мы в абсолютном порядке, пока у нас есть оружие, идеально подходящее каждому.