Книга Бывшая принцесса, страница 97 – Мария Киселева

— Я убила двух албанцев. — чуть напрягается — Я сказала Вуку, что мне нужны и пленные. Теперь в моем особняке есть подвал идентичный твоему.

— Ты пытала?

— Только стреляла.

— Уверен, было отлично сработано.

Целую ее руку, кладу на стол.

— Это та самая ненормальная жизнь и разговор, которые я имела в виду.

— Поговорим о вечернем барбекю? — изгибаю бровь.

Это не про нас. Абсолютно.

ЭПИЛОГ

ПЯТЬ ЛЕТ СПУСТЯ

КВИН

— Солнышко, мы не будем строить замок принцессы возле тира. Может, ближе к медицинскому пункту?

Я прекрасно понимаю, что Мишель манипулирует мной с помощью слез и ее подрагивающей губки.

— Почему у Александра есть замок, а у меня нет?!

У ее брата нет замка. Она считает, что смехотворная закрытая тренировочная площадка и несколько мишеней для игрушечного пистолета — созданное исключительно для Саши место. Брат не собирается ее переубеждать.

К тому же Мишель хочет не место для чаепитий или подиум, а клумбу и такие же мишени, но уже десятков оттенков розового — воспитание модных подборок Анны.

— Мы можем сделать общий.

Беру уже нелегкую дочку на руки.

— Он бросает в меня жуков и воняет!

Я смотрю на этих двоих. Им по четыре с половиной года, но занятия, разговоры и откровенно врожденный талант делают их сообразительнее и смешнее многих.

Не верю, что только недавно умоляла не о естественных родах, когда лезла на стены от схваток. И я думала, что это сказки, но только сначала Саша, а потом Миша оказались прижаты ко мне… стало наплевать на боль, на то, что делают врачи ниже, даже на Николая, который потом сказал, что получил от меня больше повреждений, чем за всю жизнь. За эти слова досталось дополнительно.

Но далее ночи, которые едва ли переносились даже с помощью четырех человек. Работали не только я, Николай и Анна. Сергея и Павла приняли в команду нянь.

Я не могла не плакать, когда безрезультатно ходила по несколько часов с Мишей на руках, когда у той были колики, а муж работал в Бостоне. Или я сидела, словно у кровати умирающего, когда в два с половиной года Саша подхватил грипп. Ужасная картина рева двойняшек все еще в моей памяти. До недавнего времени они и шага друг от друга не делали, а здесь им пришлось ночевать в разных комнатах, чтобы сестренка не заразилась.

— Александр? — Николай одним словом останавливает убегающего от Сергея сына — Жуки?

Двойняшки обмениваются смешными взглядами, но затем сын смягчается.

— Я больше не буду. — без малейшего сожаления.

Ставлю дочку на тропинку к саду.

Мишель любит копаться в цветах, но боится именно жуков и гусениц. Саша издевается над ней, когда с приказа сестры помогает копать лунки для семян — все под руководством их тети Анны.

— Ты говорил, что убьешь любого, кто меня обидит! — у нее высокий милый голос, которым она обвиняет своего отца.

— Брат не в счет, но ему достанется.

Теперь большой Николай чуть нагибается, чтобы его принцесса могла держаться за палец и идти в сад. Внутри все щемит, а на губах улыбка. Я никогда к этому не привыкну.

Мы на лужайке, когда Николай берет с игрушечной горки небольшой футляр и садится перед дочкой.

— У меня для тебя кое-что есть. Смотри, какая красота.

Мишель едва не подпрыгивает. У Николая никогда не получается грубыми руками застегивать крошечные застежки. В этот раз браслет с розовыми и сиреневыми камешками на золотой цепочке. Помогаю.