Книга Обоюдный фол, страница 18 – Мария Киселева

— Бэмби, что случилось? — шепчет в волосы.

Качаю головой, трусь об его подбородок.

— Ничего. Прости, я не…ты не должен был меня успокаивать. Я постараюсь заснуть. — смотрю в сторону Дома.

— Ты не уйдешь, пока не скажешь, кто тебя обидел.

Он всегда меня “пытал”. В школе говорили, что ябедничать и сдавать своих “некруто”. Так что когда я приходила со сломанной куклой, испорченной книгой или разбитым плеером, из меня клешнями вырывали имя обидчика. Рид говорил, что “некруто” вести себя, как придурки, но уж точно не называть их имена, чтобы такого не повторилось.

— Как минимум, один парень, уничтоживший будущее моего брата, как максимум — вы оба. Отпусти.

— Не говори, что ты вспоминаешь этого кретина и так расстраиваешься.

Действительно. Он был первый, от кого я ожидала помощи. Может, Брюс отключил звук или оставит мобильный в сумке…но четыре гудка.

Рид смахивает слезу с моей щеки, когда я неожиданно говорю:

— Вы оба уехали. Я перешла в старшую школу без привычной поддержки и подсказок. У меня были друзья и прочее, но… — запрокидываю голову, чтобы задержать слезы — У меня не было никого ближе Брюса, а у воображения — тебя, так что все эти годы…

— Ты чувствовала себя брошенной? — тихо и хрипло предполагает Рид.

Он играет со мной.

— Ужасно одинокой. Как видишь, это меняется, когда…рядом в прямом смысле есть люди. Ши уехала, а снотворное отказывается на меня действовать. — хотя чувствую вялость — Ты злодей втройне? Или там счет дальше?

— Пойдем, тебе надо поспать, у нас завтра факультатив. Оп. — меня чуть пошатнуло, но Рид вовремя придержал за плечи.

— И завтра ты сядешь подальше.

— О-о-очень вряд ли, Бэмби. Давай. — легко поднимает меня в воздух, умудряется поправить плед, так что я в коконе на руках Рида, черт побери, де Гира.

Идем в Дом Элиот. Оба бросаем взгляд на окно его комнаты.

— У тебя занято.

— А ты проверяла?

— Зачем тебе в Бостон?

— Менеджер проездом, нужно было подписать макулатуру.

Фыркаю. Не удивляюсь, что Рид знает номер моей комнаты, она не заперта.

Только с ракурса безвольной маленькой девочки обращаю внимание на порядок в комнате. Сторона Ши завалена каталогами тканей, на ней много красного, например, на тумбочке красные стринги. Черт. На моей стороне чуть светлее, может, прибраннее.

Рид опускает меня на кровать, успеваю увидеть себя в зеркале, это ужасно.

— У меня есть не Toxic Waste, Nerds и шоколад, если хочешь.

Я чуть прикрываю глаза, залезаю рукой под подушку, наблюдаю за баскетболистом. Неделю назад я не позволила бы ему и прикоснуться к себе. Днем я желала только вызвать его злость и раздражение, а сейчас мы словно забыли об этом. Мне так же комфортно с ним, как было в детстве, но все это за неимением другого.

— Ты по-прежнему любишь кислое — еще одна вещь, которая не меняется.

Он смотрит чертежи на моем столе, фотографии на пробковой доске. Кадры с подругами, Брюсом, юмористические валентинки. Когда взгляд Рида переходит на них, парень усмехается.

— Знаю, что в седьмом классе все валентинки были от вас. Это справедливо, вы ведь не позволяли общаться ни с одним парнем, как ты сейчас.

— Ты знаешь почему.

— Я не принцесса, Рид. — прикрываю рот рукой, зеваю — Так что меня достойно куда больше людей, чем ты.

Он продолжает изучать книжные полки.