Книга Архив тети Поли, страница 100 – Ирина Кизимова

— Естественный отбор довольно важен для выживаемости популяции, однако у людей в руках есть все необходимые инструменты, чтобы влиять на него. Мы подстраиваемся под условия, меняемся и можем вступать в конкуренцию с сильными видами.

— Вы одна из нас, госпожа Волкова, вы — высшая ступень эволюции, разве сами этого не осознаёте?

— Я убеждена, что нет никаких ступеней внутри человеческого вида.

— Разве вы будете отрицать, что испокон веков между людьми велась борьба за существование. Двести лет назад появился первый одарённый и изменил для нашего вида всё.

— Почему вы хотите верить в то, что вы особенный? Тяжёлое детство, непринятие со стороны общества, вечное угнетение и желание быть замеченным?

— Вечная борьба за существование.

— У вас никогда не было детства?

— Если бы мне посчастливилось родиться вашим сыном, всё могло бы сложиться иначе.

— Вы ещё можете остановить это и жить нормальной жизнью, не думая о мести.

— Вы говорите такие забавные, абсурдные вещи. — он усмехнулся. — Нас уже не остановить, дорогая тётушка.

— Мне вас жаль.

— Право, не стоит… — покачал головой «профессор». — Жалость — ужаснейшее чувство, не приводящее ни к чем хорошему.

— Вы хотите от меня сочувствия?

— От этого мира я хочу лишь одного — справедливости для одарённых людей.

— Вы могли бы избрать другой способ, чтобы донести свои убеждения до общества.

Оркестр заглушил его смех.

— Вы думаете я не пытался?.. Лучше всего люди слушают лишь язык силы, а власть преследует лишь собственные интересы.

— Вы ровняете всех под одну гребёнку.

— Потому что так и есть. Никто не захочет слушать простого человека, пока он не приставит нож к вашему горлу и не заставит внимать своим словам. Мир жесток, и это наша борьба за существование.

— Вы уподобляетесь миру в своей ненависти.

— Сами посудите, как ещё мы можем донести свою мысль до самого императора? Его окружают обычные люди, а одарённых он использует как щит. Разве справедливо то, что дела таких как мы рассматривают те, кто никогда не был на нашем месте?

— В ваших словах есть доля истины. — танец был словно фоном для их беседы, Георгий когда-то был прав: им точно было о чём поговорить. — Но это не значит, что я одобряю ваши методы.

— Простой человек не может войти к императору и говорить, что ему нужно делать, смиритесь с этим очевидным фактом.

— Поэтому вы сами хотите стать императором, и тогда нельзя будет подойти уже к вам.

Он лишь усмехнулся, останавливаясь. Их первый и последний танец подошёл к концу.

— Приятно говорить с умным человеком.

— Мне тоже.

Музыка затихла, пары зааплодировали друг другу, а «профессор», поцеловав руку своей партнёрши на прощание, тут же пропал из виду. Тётя Поли лёгким движением руки раскрыла висящий на запястье веер, обмахиваясь им. В зале и правда становилось жарко, так что помимо сигнальной, он выполнял ещё и свою прямую функцию.

— Следующий танец откроют император Николай Павлович и императрица Александра Фёдоровна. — громко объявили на весь зал.

Толпа расступилась, пропуская в центр главную пару Российской империи, зазвучал классический вальс. Люди заворожено смотрели на первых лиц государства, пока в первые ряды осторожно проходили молодые люди в одинаковых белых масках, рот на них застыл в гримасе грусти, а под правым глазом красовалась чёрная капля, напоминающая слезу.