Книга Архив тети Поли, страница 52 – Ирина Кизимова

— Подскажете, как он выглядел?

— Мужчина средних лет, носил тёмно-синий картуз и армяк примерно, как у вас, фартук был запачкан свежей грязью, вероятно, он часто брался за пункты на окраинах Петрограда.

— Кажется, ступенька, которую вы сейчас часто прилаживаете на коляски, была сломана, поэтому Герману пришлось меня поддерживать при спуске.

— Дальние расстояния, сломанная ступенька… — задумался Степан, почёсывая кучерявую макушку.

— Погодь! А это не Алексаныч? Он вроде живёт у чёрта на куличах, так что знает тамошние дороги.

— Точно! Он и на ступеньку жаловался, якобы хмельные господа после гуляний сломали.

— Алексаныч хороший мужик! Каждый день тут стоит. Говорит, нравится местная атмосфера!

— Алексаныч? — уточнил детектив Васнецов, понимая, что это некое сокращение фамилии и имени, но до конца не ясно каких. — Александр Александрович?

— Почти. — кивнул кудрявый. — Олег Александрович Пущин. Он тут каждый божий день торчит, семья большая, так что без отдыху робит.

— Как нам его найти? Вы видели его сегодня?

— Честно говоря, мы со вчерашнего дня Алексаныча на видали.

— Да! Даже утром обсуждали, что мол странно — второй день подряд не вышел! Может, случилось чего…

— Вы знаете его адрес?

— Коли надо поспрашиваем у своих. Завтра утром приходите, мы скажем, ежели чего узнаем.

— Благодарствую вас, господа. — театрально вытерла слезу тётя Поли. — Видите ли перчатки мне подарил покойный муж, они остались как светлая память о нём. Хотелось бы скорее вернуть, ох, дырявая голова…

— Тётушка, мы завтра обязательно воротимся узнать ответ. — попытался успокоить Герман утирающую слёзы платочком тётю Поли.

— Чего разгалделись? — подошёл к ним дородный мужик, сплёвывая окурок на без того грязную мостовую.

— Петрович, тут такое дело. Эта мадам у Алексаныча в карете перчатки забыла, говорит ценные для неё. Хочет узнать, где живёт.

— Прыгайте в дрожки, бабуль, я вас довезу. Мне как раз в те края надобно.

— Благодарствую, молодой человек. — от слёз сразу и следа не осталось.

Герман пристроился рядом. Заканчивать рабочий день на окраинах города становилось уже некой традицией.

— Я сам за Алексаныча переживаю, мужик толковый, дело знает. А мы друг друга выручать стараемся по мере сил! Без поддержки в нашем деле не выжить. — решил скоротать время за беседой кучер.

— Понимаю. Работа у вас тяжёлая, и в дождь, и в снег выходить приходится. — тут же поддержала его тётя Поли.

— В прошлом году мор по нам прошёлся, тогда многие померли.

— Храни их Господь.

— Одним Богом и живём, бабуль. Он за нами свыше наблюдает да оберегает ото всего. Порой и нож в печень от клиентов получить плёвое дело, и пулю схлопотать. Чёртовы дуэли, чёрт бы их побрал!

— Боитесь, что кто-то мог убить Олега Александровича? — тоже вступил в разговор Герман.

— Всяко может быть. Но надеюсь, просто что-то дома приключилось, коль не вышел, али место сменить решил, с кем не бывает.

За время поездки они, кажется, успели обсудить всё, начиная от работы, заканчивая предстоящей благотворительной ярмаркой на Дворцовой площади. Герман в очередной раз поразился способности тёти Поли завоёвывать сердца окружающих, потому что в конце суровый кучер чуть ли не обнимал её, помогая сойти с дрожек.

— Вы это!.. Скажите хозяйке, что от Петровича. Так она поболее с вами толковать захочет. — посоветовал он. — Я до одного места съезжу и обратно ворочусь вас забрать.