Книга Тридевятое. Книга вторая, страница 37 – Ирина Кизимова

— Ты был в Нави, да? — он слышал, как собеседник будто расплывается в улыбке. — И зачем же ты туда пошёл?

Глеб вздрогнул от неожиданности, но промолчал, не оборачиваясь к источнику голоса. «Хочу проснуться» — пронеслось у него в голове.

— Ты можешь чувствовать… Успел найти себе возлюбленную, а она внезапно окочурилась?

— Заткнись! Ты ничего обо мне не знаешь!

— Что ты делал сотню лет? Просиживал портки в тереме? Ловко они это придумали!

— Убирайся из моих снов! — Глеб обернулся, лицо копии нисколько не изменилось, а взгляд оставался таким же хищным.

«Глеб, Глеб! Проснись!» — эхом раздался в сыром помещении голос Ивана. — «Баюн, что мне делать? Он не просыпается» — он был сильно взволнован.

— Это он, да? Из-за какого-то мальчишки ты полез в Навь? Какой же ты мягкотелый идиот…

Сон оборвался, Глеб наконец разлепил глаза, встретившись взглядом с сидящим на его груди котом, над которым нависал обеспокоенный Иван. Даже Влася маячила на заднем фоне, её разбудили внезапные крики, так что на лице отражался заметный испуг.

— Ты наконец-то очнулся. — облегчённо вздохнул Иван, сжав его руку, которую держал всё это время.

— Ты сильно испугал нас, Глебушка! — укоризненно промурчал кот, сверля его взглядом.

— Что произошло? — пробормотал Глеб, всё ещё до конца не отошедший ото сна.

— Я проснулся из-за того, что тебя начало трясти, а потом ты выкрикивал «Убирайся»! Что тебе снилось? — серьёзно спросил Иван, собираясь непременно добиться от него ответа.

— Там был я. — тяжело вздохнул Глеб, понимая, что Иван не отстанет. — Но будто другой я, он говорил со мной.

— Что он сказал тебе?

— Что я всего лишь часть его души и воспоминаний. Какой-то бред, ничего не понимаю.

Баюн заметно напрягся и нахмурился.

— Тебе немедленно нужно к Бабе-Яге. — беспрекословно заявил он.

— Я не пойду к Яге из-за каких-то дурацких снов. — попытался отмахнуться от него Глеб.

— Мы сами разберёмся с тем, что происходит в деревне, а тебе нужно идти к Бабе-Яге. — поддержал кота Иван.

— О чём ты говоришь? Как я могу оставить вас наедине с непонятной нечистью? Ты просто человек, русалка магией не владеет, Баюн помочь в бою может, но его силы больше на людей направлены, чем на нечисть. Я остаюсь, и нечего хлопотать вокруг меня как курицы, ничего страшного не случилось.

Иван легко дёрнул его на себя, от чего Глеб едва не свалился с лавки, и заглянул в карие глаза напротив:

— Помнишь наш ночной разговор? Ты обещал всё мне говорить, и, коли будет какая-то угроза, немедленно сообщишь.

— Я рассказал тебе о кошмаре. Если станет худо, то обращусь к Яге.

— Ты что не понимаешь? — недовольно выдохнул Иван. — Мы минут десять пытались тебя разбудить, а ты будто ничего не слышал! Вдруг в следующий раз не проснёшься?

— Я обещаю тебе разобраться с моими кошмарами после того, как мы здесь закончим, согласен?

— Глеб!

— Я остаюсь, Иван. Второго похода на границу Нави я точно больше не вынесу. — серьёзно сказал он, и Иван с досады прикусил губу до крови, как бы он ни противился — Глеб был прав.

— Разберись с тем, кто тебе снится и при первой же возможности лети к Яге. — строго наказал другу Иван. — И чтобы без всяких уловок, понял?

Глеб отрешённо кивнул, а затем осторожно сел на лавке.

— Утро же, давайте-таки поедим! — попытался разрядить обстановку Баюн, бодро поскакав к столу рыться в мешках, что оставили им вчера.