Книга Тридевятое. Книга вторая, страница 63 – Ирина Кизимова

Русалка недоверчиво посмотрела на него:

— Но ведь я нужна тебе, пока нет Глеба.

— Ты, итак, каждый день мне помогаешь, должен же я следить за твоим состоянием.

Влася кивнула, вчера был крайний день, с которым в этот раз пришлось справляться с помощью Баюна, который без труда соорудил прорубь в Девичьем пруду, забрав её обратно на рассвете. Но в последние две недели крайние проходили довольно тяжело, и русалка чувствовала некую усталость в первый день, посему предложение развеяться было весьма кстати.

— Хорошо. Я пойду с вами, Марфа. — согласилась она.

— Тогда увидимся через часок после трапезы, оденься потеплее, Власенька.

Она вернулась обратно к Ольге, которая с беспокойством наблюдала за ней. В последнее время Марфа стала какой-то задумчивой, что совсем на неё не походило. Но, возможно, царевна просто себе накручивала. Недавно лекари сказали, что в ней растёт дитя, посему многое сейчас воспринималось иначе.

— Ты хорошо себя чувствуешь? — спросила Ольга подругу, которая без интереса ковырялась в миске с щами.

— Да, всё хорошо. А ты как? Ребёночка чувствуешь уже? — мягко улыбнулась она в ответ.

— Пока нет, да и рано совсем, сроку-то всего ничего.

— Интересно, кто это будет… Ежели девочка, то в честь меня назовёшь?

Ольга рассмеялась:

— Будто на свете лишь одно девичье имя существует.

— А что⁈ Тёзками с твоей дочерью будем.

— А ежели не девочка?

— Хммм… У меня ещё есть время подумать.

— Думай-думай. — улыбнулась Ольга, подвигая к ней любимые плюшки. — Хоть это съешь, а то совсем исхудала.

— Царевна Ольга так о вас заботится, моя царевна. — заметила стоящая сзади Оксана. — Не гоже вам голодом себя морить.

Марфа быстро схватила пару плюшек, показательно захрустев сахарной корочкой. А Ольга чуть нахмурилась, но виду не подала. Дело явно было не чисто, но супротив Оксаны просто так не пойти…

Иван ожидаемо колупался в супе, Власю же одолевало сильное беспокойство за друга. После того, как они вернулись в Царьград, Иван старался держаться, но что-то изнутри сильно съедало его, а однажды и вовсе подслушала их разговор с Баюном, когда те думали, что она задремала среди берестяных грамот.

— Как думаешь, если бы я не пошёл к Кощею тогда, всё было бы лучше?

— Ненавижу вас людишек, вечно сопли распускаете. — заканючил Баюн, а Иван тихо засмеялся.

— Знаешь ли, беспокоиться за друзей в порядке вещей.

— То, когда вы двое встретитесь было лишь вопросом времени. Ты не должен винить себя в том, на что не мог повлиять.

— Ты умеешь поддержать.

— Делать мне нечего, всяких Ивашек поддерживать! Лучше за работу принимайся, а то Глебушка вернётся и ему придётся разбираться с твоими делами.

— Он уже неделю не возвращается. Может, стоит слетать до Яги?

— До Полночи не доорёшься, до Яги не дозовёшься. Сиди на попе ровно и жди. Сказано ж тебе.

— Ты прав, нужно собраться. Да и Влася за меня сильно переживает, это может плохо сказаться на её превращении.

— Насчёт русалки… Её тело становится всё слабее и человечней, но она всё ещё остаётся нечистью. Нужно как можно скорее подтолкнуть её к переходу.

— Как долго она может продержаться в этом состоянии?

— Не ведаю. Надо Глеба ждать.

На этом оба замолчали, Влася ещё немного полежала для вида и тоже приступила к работе.

Когда Влася и Злата подошли к воротам, царевны уже ожидали их с личными служками, как и в прошлый раз. За разговорами девушки вновь отправились на рынок, где сегодня было довольно оживлённо несмотря на то, что большинство купцов разъехались на зимовку в Синеград.