Книга Тридевятое. Книга вторая, страница 98 – Ирина Кизимова

— Обыскали все окрестности от первой избы до последнего сугроба в широком поле. — доложил главный воевода. — Царя-батюшки нет нигде. Но сыскные стрельцы вчера обнаружили мешок с топором рядом с прорубью, что у Девичьего пруда. Местные предоставили, поскольку он терему принадлежит. Давеча его милость распоряжался всё, принадлежащее царскому дому клеймом пометить, дабы краж не было.

— Неужто до последнего топора всё пометили? — восхитился Василий.

— А как же! Служки постарались. Сами понимаете, царевич Василий, его милость шутить не изволит.

— Почему вы решили, что топор как-то связан с исчезновением Ивана? Что ему делать у проруби? И почему никто не видел, как он выходил из терема?

— Сие большая загадка. Но никто из нашинских давеча к пруду не шатался, это точно вам говорю, не за чем им. Всех служек да стрельцов опросили, никто туда не хаживал, никто царя-батюшку не видал.

— Его милость тоже пропал, как и гостья царя-батюшки. Даже огромного кота нигде не видать. — добавил воевода. — Стало быть пропали разом, али его милость на выручку царю-батюшке отправился и тоже сгинул.

— Ничего не понимаю. — хмуро подытожил всё сказанное Сергей. — Но в наших силах продолжить поиски. И насчёт топора… Слыхал, что у покойного царя-батюшки знакомый чародей был, он и стрелы заговаривал к обряду. Может, к нему топор снести, авось чего скажет?

— О сим слыхали, но никогда не видали. Говорят, затворник он, людей к себе окромя семьи царской не пускает.

— Где избёнка его знаете?

— Вестимо.

— Василий, доверю это тебе.

— Как скажешь, брат. Покуда царь-батюшка не вернётся, ты по старшинству за главного. Посему всё, что накажешь — исполню.

— Приступай немедленно и захвати топор.

— Одному царевичу в сие место лучше не соваться.

— Тогда выделите стрельцов для сопровождения, или сами идите, ежели остальные в полях.

— Как прикажете, царевич Сергей.

— На сим закончим. Поиски продолжаем, но и о насущных делах не забывайте. Зима не даёт нам продыху.

Члены Думы поднялись и, отвесив поклоны, разошлись по делам, оставив временного правителя в гордом одиночестве.

— Тяжело бремя правления, не так ли, Сергей царевич? Но так сладка власть…

Он обернулся, заметив притаившуюся в углу Оксану, её тёмные глаза недобро сверкнули в полумраке.

— Чего ж сразу топор мне не отдали, Сергей царевич?

— Мы с тобой в расчёте. — спокойно отозвался тот, в последнее время от вездесущей служки его в дрожь бросало.

— Ближе всех из возможных колдунов к вам лишь я.

— Брат ушёл к ближайшему.

Оксана усмехнулась и покачала головой.

— Если царевич Василий вернётся ни с чем, лучше бы вам обратиться ко мне.

— Ты знаешь, где Иван?

— Может, да, а может, и нет.

— Что это значит?

— Могу лишь гадать, как и вы.

— Ты лукавишь, Оксана. Что с моим братом?

— Вам лучше быть более сговорчивым, царевич Сергей. Царю-батюшке этого качества не хватало, но вы совершенно иной. Разве откажетесь от власти, что так удачно попала к вам прямо в руки?

— Достаточно разговоров. — он поднялся с места. — Я больше не предам брата, и ты не изменишь моего мнения.

— Мы ещё потолкуем с вами позже.

Царевич вышел из залы, больше не слушая, чего там она говорит. К сожалению, он слишком поздно понял: кто такая Оксана, и к тому моменту колдунья уже прочно закрепилась в тереме, постепенно отравляя жизнь его жены.