Книга Собственность заключенного, страница 76 – Ядвига Благосклонная

Да, все так и будет. Потому что пора выйти из тени. Я долго готовился к моменту «х». Должно быть, около трех лет. Как только узнал, что моя сестра больна раком, а к счетам, которые оставили мне родители в наследство, я не имею доступа.

Продав всю недвижимость, нам удалось справиться, но вот снова — полгода назад рецидив. Я всегда знал, что мои родители погибли не в случайной аварии. Это был заказ, но у меня не было особого желания копаться в прошлом. И наверное не было бы, если бы жизнь не завела меня в тупик.

Честно? Я бы ограбил банк, даже не будь его законным владельцем. Я бы сделал что угодно, чтобы спасти свою сестру. Единственного родного мне человека после бабушки, которая скончалась чуть больше трех лет назад. Это она мне рассказала о том, кто я такой и почему всю жизнь мы с сестрой ни в чем не нуждались. Мы не были с Аней мажорами и не гоняли на феррари, но жили в достатке. Жаль, что этого достатка не хватило на то, чтобы оплатить дорогостоящее лечение заграницей.

— Пора заявить о себе, Дмитрий Горский.

— Пора, — решительно кивнув, соглашаюсь, а сам неотрывно смотрю на Пташку. — Ты отвезешь ее? — мне буквально приходится силой заставить себя произнести эти слова.

— Само собой.

Указываю глазами Дрону на дверь, мол, оставь нас, но этот упрямый осел делает вид, что меня не понимает.

— Так что, Женя, готова вернуться в свою серую обычную жизнь?

— Кхм, — откашлявшись, Пташка соблазнительно прикусывает нижнюю губу. У нее на лице написано сотни вопросов, на которые я готова дать ответы, но позже. — Конечно.

Она поднимается, сконфуженно улыбается и, черт побери, действительно собирается уехать, не попрощавшись?

Ну нет уж, Женя Архипова, по-английски мы с тобой прощаться не будем.

— Выйди, — резким голосом отрезаю Дрону, на что он дерзко ухмыляется и, отсалютовав, выходит за дверь.

Женя

— Так… Значит, банк твоих родителей? — осторожно интересуюсь.

Дамир или уже Дмитрий…? Кивает и, к моему удивлению, поясняет:

— Да, они погибли в аварии, когда мне было восемь, а Нюте четыре. Заказ, как я потом узнал.

Так странно слышать от него откровения… После всех недомолвок, после его постоянного молчания. Сейчас Дамир Бахметов мне открывается. Пожалуй, между нами впервые такой искренний разговор.

— И ты решил ограбить банк? — вскидываю бровь, пытаясь понять эту логику.

— Нюта болеет серьезно. Нужны были срочно деньги. Что мне еще оставалось делать? — пожимает своими широкими плечами.

— Там были люди, Дамир, — вздохнув, качаю головой. — Они пережили ад.

— Никто не пострадал, — упрямо отзывается, сурово сводя брови к переносице.

— Но мог…

Дамир возводит глаза к потолку. Выглядит озадаченным и расстроенным одновременно. Сжав губы в тонкую линию, отрывисто бросает:

— Мне пришлось делать выбор между незнакомыми людьми и моей сестрой. Для меня выбор был очевиден. И нет, другого выхода на тот момент я не видел. Мне нечего было предъявить Серову и у меня не было времени ждать.

Сердце сжимается от осознания того, что Дамир оказался в подобном положении. Не хочу оправдывать его поступок, но и относится как раньше к нему не получится. Как к обычному преступнику. Впрочем, может у меня никогда и не получалось?

— Ты же знаешь, что тебя это не оправдывает?

— Я не ищу оправданий. Я ищу справедливости. В своем понимании, — так холодно отрезает, что моя кожа покрывается мурашками. — Ты же знала кто я, пташка. К чему сейчас эти разговоры?