Книга Никакой настоящей причины для этого нет, страница 63 – Хаинц

— Я собирала грязную… И одна пара упала тебе в шкафчик… Я загребла все в стирку. А когда проходила мимо ванной заглянула, и машинально прихватила. Осознала все, только когда уже в школу собралась.

— Ну и как Гила об этом узнала?

— Ну, — Катари опустила взгляд, — Наполовину случайно. Я бросила фразу, что-то вроде «И как Кеко без трусов приперлась».

— Это не объясняет, как ты с ней начала разговаривать? И как это привело, что моя сестра почти стала замешана в том, чтоб почти искалечили парня?

— Она со мной заговорила… Сказала что…

— Хидеки заставил меня шантажом с ним встречаться? Как-то не сходится с твоим желанием его меня лишить… А-а-а, стокгольмский синдром… Понятно. Правда? Ты мне сейчас не врешь, Катари?

— Нет, проверяй сама. Телефон у тебя.

— Он закрылся. — Бросила взгляд на телефон Аме. — Шесть цифр. Надеюсь, мне не придется года четыре его взламывать. — Криво ухмыльнулась она.

— Пароль… Твой день рождения…

— Ладно… Понятно. Сестренка, — улыбнулась Аме. Все-таки сестренка не совсем ее предала, а в некотором роде даже пыталась ее защитить. Пусть и крайне тупо. — Я тебе прощаю, но ты будешь извиняться перед Хидеки-куном.

— Хорошо…

— А сейчас, — Кеко прошла несколько шагов, подключила телефон к колонкам, и из них зазвучал уже немного позабытый мотив, той самой песни, которую она не стала танцевать настолько хорошо, насколько могла бы на очередном круге отбора. — Станцуем, сестренка?

И пытаясь одновременно угнаться в танце за сестрой и осознать произошедшее, Катари поняла, что сестра в самом деле ее простила. Надо будет извиниться перед Хидеки-куном. Извинится как следует и так, чтоб это было и на пользу ее старшей сестры, пусть даже та и не потребовала особых извинений, они с сестренкой все же поговорили и все прояснили. А значит, толст… А значит, Анпан… То есть Казуми Хидеки-старший братец точно заслуживает ее искренней благодарности.

Сцена, развернувшаяся в коридоре около класса 3–2 была достойна того, чтобы ее запечатлел если не художник или профессиональный фотограф, то хотя бы мангака, причем последнему даже не надо было бы слишком стараться. Сцена на неискушенный взгляд выглядела несколько неуместно, что лица всех присутствующих при этом, выглядели не просто удивленными, а прямо-таки карикатурно вытянутыми.

— Казуми Хидеки-сан, я прошу прощения, — девочка из класса 2–1, на год младше одноклассников и самого Хидеки, все кланялась, извинялась и пыталась запихнуть в руки Хидеки какой-то конверт. Более того, это была одна из самых красивых девочек в школе и действующий айдол, последнего, впрочем, пусть присутствующие не знали, как минимум большинство из них, зато отлично знал сам Хидеки.

И как до этого дошло, и что с этим делать?

* * *

Начало недели пошло неплохо, чего стоили вытаращенные глаза Хаире и его подпевал, и удивленный вид Гилы Терикото, когда он зашел в класс, как не в чем ни бывало очень незадолго до начала классного часа.

Как только Гила это его увидела, то сразу после этого потащила Хаире чуть ли не за ухо из класса. После того как оба вернулись перед самым началом классного часа, Гила выглядела раздраженной, а Хаире — крайне недовольным. Оба бросали недовольные и раздосадованные взгляды на Хидеки, впрочем, никаких действий пока что не рискнули предпринять.