Книга В поисках совершенства, страница 26 – Коллин Гувер

Как же я ее люблю! Порой кажется, меня вот-вот вырвет, так сильно я ее люблю. Любовь буквально переполняет меня, до тошноты. В хорошем смысле – если у тошноты вообще может быть хороший смысл.

Сикс ложится на меня сверху. Я не знаю, что сейчас случится и как далеко зайдет наш поцелуй. Может, очень далеко. До самого конца. А может, он сейчас закончится.

И ладно – сегодня и так идеальный день. Лучший день в моей жизни, и он навсегда таким останется. Что бы ни было.

Сикс с головой накрывает нас одеялом.

— Горжусь тобой, – говорит она. – Ты за весь вечер ни разу не выругался. И даже прозвище для Маттео не придумал. Я все ждала, что ты не выдержишь и ляпнешь что-нибудь про какие-нибудь соленые яйца.

Мне становится смешно.

— Мы здесь на целую неделю, еще успею.

Она целует мой подбородок. Мои губы. Мои…

Остальное уже никого не касается.

Еще один шаг – и она погибла.

Конечно, самой Рейе ничего не угрожает. Но вот ее убеждениям, ценностям, ее браку – всему конец.

Она прекрасно это понимает и все-таки делает роковой шаг – прямо в объятия Кэма.

В объятия неминуемой гибели.

Перечитываю только что набранный текст – вероятно, утром все удалю. Пока что работа над книгой идет именно в таком режиме: все написанное сегодня завтра летит в корзину.

Прогресса ноль. Такими темпами я тут на целый месяц застряну. Не сказать, что само по себе это так уж страшно: мне всегда нравились уединенные места. Потому я и снимаю этот домик несколько раз в год – чтобы какое-то время посидеть спокойно на берегу озера и стряхнуть бесконечную суету Сакраменто. Так я хотя бы меньше терзаю себя за то, что променяла тихий уголок своего детства на бурлящий город.

Допив остатки вина, собираюсь пойти спать, как вдруг на экране компьютера появляется окошко видеозвонка. Напрягшись было, с облегчением понимаю, что это Кэндис – мой верный соратник, моя лучшая подруга. Мы обе начали писательскую карьеру лет пять назад, и за это время уже с десяток раз удерживали друг друга от того, чтобы все бросить.

Включаю камеру. В своем добровольном заключении я всего три дня, а уже до смерти рада видеть знакомое лицо. Я в Калифорнии – Кэндис в Нью-Йорке. Здесь почти полночь, значит, у нее около трех ночи. Впрочем, сна у нее ни в одном глазу.

— Что-то случилось? – спрашиваю я. – Ночь на дворе.

— Нет, все прекрасно! – Голос, пожалуй, уж слишком бодрый. – Только что закончила последнюю главу. Хотелось, чтобы кто-нибудь поздравил.

— Поздравляю!

Теперь понятно, почему Кэндис в таком приподнятом настроении. Она полгода работала над этой книгой, и мне очень за нее радостно, хоть я слегка и завидую.

— Спасибо! – отвечает она. – Может, эфир проведем?

— Даже не знаю… Как я выгляжу?

— Да ты и захочешь выглядеть плохо – ничего не получится! Давай, включаю прямой эфир через десять секунд.

Пальцами стираю остатки туши под глазами. Наша аудитория уже привыкла, что мы с Кэндис можем устроить совместный стрим посреди ночи: они нас какими только не повидали. На первых порах с соцсетями складывалось не очень-то, однако стоило начать говорить о работе над книгами в прямом эфире, и число подписчиков на глазах пошло вверх. Писателям, которые нас смотрят, становится легче от того, что они не одиноки в муках творчества, а читателям нравится, что мы обсуждаем кое-какие подробности задолго до выхода очередной книги. Скажем так: наши эфиры для тех, кто не боится спойлеров.