Книга Обречённая. Вирус любви, страница 30 – Любовь Трофимова

Подойдя к краю, я осмотрел открывающиеся виды и присвистнул. Внизу за ширмой деревьев и кустарника можно было рассмотреть небольшой пустынный пляж. Красота, тишина, уединение…

Машина давно уехала, а я всё стоял на краю маленькой вселенной и не мог надышаться. На лице светилась дурацкая улыбка, а внутреннее напряжение окончательно испарялось.

Сейчас я был даже благодарен маленькой вредной девчонке, вынудившей меня рвануть за ней на край света. Страшно подумать, что за много лет я ни разу не позволил себе вырваться из реальной жизни, поставить рутину и трудовые будни на паузу и просто полноценно отдохнуть.

Вспомнив про Вику, я оглянулся на дом и, сообразив, что ключи находятся теперь только у неё, нахмурился. В подтверждении брони хозяин этого рая сообщал, где именно спрятана связка ключей, но теперь я находился в положении «кто первый встал, того и тапки».

Впереди маячило неизбежное противостояние, бесполезный спор и… нет, легенду моего приезда я продумал заранее, но не представлял, как отреагирует Вика. Пустит ли в дом, или мне придётся куковать у порога на коврике, а питаться подножным кормом. Ведь даже бутылку воды с собой не захватил. Осёл!..

Подхватив сумку, оставленную на подъездной дорожке, я пошагал к дому и, взойдя по ступенькам невысокого крыльца, обнаружил Вику на просторной крытой веранде.

Моя заноза дрыхла на подвесных качелях, а в её ушах виднелись капельки наушников. Ну теперь понятно, почему моё появление осталось незамеченным. А если бы приехал не я, а толпа местных джигитов?

Беззаботная глупышка мирно посапывала, а прямо перед ней на небольшом журнальном столике скучал надкусанный бутерброд и чашка с нетронутым кофе.

В животе громко заурчало, а я усмехнулся и шагнул к настигнутой беглянке.

Поставил сумку на пол и, присев на корточки, осторожно убрал прядь волос с лица Вики. Моя заноза сморщила носик и, поёжившись, протяжно вздохнула. Фееричная легкомысленность!

Не побрезговав, сцапал с блюдца бутерброд и, умяв его в пару укусов, потянулся за кофе. Остывший, но вполне вкусный, – он зашёл на ура. Но моему изголодавшемуся желудку эта затравка показалась издевательством, и требовательное урчание это подтвердило.

Что ж, пора будить, объясняться и налаживать первоначальный контакт. Встав, я шагнул к качелям и, присев на краешек, оттолкнулся ногой от пола. Один раз, – ноль эмоций. Второй – без изменений. Пришлось развалиться со всеми удобствами и, оттолкнувшись, разогнать качели сильнее.

Вика вздрогнула, поморщилась и, открыв глаза, уставилась на меня двумя карими безднами. Похлопав ресницами, открыла рот и, охнув, занесла ногу, чтобы лягнуть меня.

Конечно же, я её поймал и, не сдержавшись, заржал аки конь, а потом подмигнул и, отодвинувшись, покачал головой.

— Чего дерёшься? – проворчал притворно обиженно и, закинув руку за голову, протяжно вздохнул: – Красота-то какая. Только кушать хочется и переночевать негде. Приютишь?

— Денис? – сведя брови на переносице, выдавила Вика и, скрестив руки на груди, процедила: – Я не пойму, ты бессмертный, что ли? Это уже не смешно и…

— Ой, а мне-то как не смешно, – поцокав языком, протянул я и, загибая пальцы, перечислил: – Задержали, допросили, деньги за билет я потерял, с работы уволили, а ещё… короче, не рассчитаешься.