Книга Лето, хлопья, баскетбол!, страница 47 – Дженнифер Энн Шор

Я пролистала его, и внутри поднялась паника – куча невыполненных пунктов.

Я не сделала татуировку и не превысила скорость, не уехала из штата, не купалась голышом – ничего подобного. Это я втащила Джереми в свой ленивый мир, хотя должно было быть наоборот. В легких кончился воздух, и я вскочила, внезапно чувствуя, что задыхаюсь.

Я сорвала с себя пижаму, которую сейчас носила целыми днями, и поискала чистую одежду.

— Прости, что опоздал, – сказал Джереми. Он поднимался по лестнице и ел хлопья прямо из коробки «Фрут Лупс». – И что голодный.

Он осекся, увидев, как я бешено расхаживаю по комнате.

Я рывком натянула шорты и майку и стала искать кошелек в огромной куче одежды. Пыхтя, я копалась в груде ткани, но поняла, что кошелек лежит на тумбочке.

— Что-то случилось?

Я рассмеялась, слегка маниакально.

— Ничего не случилось, Джереми. Вообще-то просто большая куча ничего.

— Только не это, Анна, – взмолился он. – Я думал, мы это уже прошли.

Джереми отставил коробку и раздраженно схватился руками за голову.

— Я не сделала ничего из моего списка или из твоего несписочного списка, и это меня бесит, – призналась я. – У меня – нет, у нас! – мало времени.

Он уставился на меня с безразличным выражением лица, а потом начал трястись от смеха.

— Хватит ржать! – раздраженно огрызнулась я.

— Тебя никто не сдерживает, только ты сама, Анна. Когда ты уже это поймешь? У тебя гибкий график работы, стабильный доход, машина, которую ты не хочешь водить, и бесконечное количество времени. Так какого черта ты все время так злишься на себя и на всех остальных?

Конечно, он был прав.

Мой гнев изливался на всех, и на себя тоже, даже на раздраженную слезинку, которая грозилась скатиться по щеке горячей каплей. Я сжала зубы.

— Это изменится, – решила я, шмыгнув носом. – Прямо сейчас.

Я вышла из комнаты, и Джереми прошел вслед за мной оба лестничных пролета. Я схватила ключи с полки и нажала на кнопку, открывая дверь гаража.

— Я понимаю, что сейчас не лучший момент, чтобы тебе это говорить, но я заблокировал твою тачку, – признался Джереми, не очень-то стараясь скрыть улыбку.

Я метнула в него гневный взгляд и пошла за ним к его машине, как раз когда к гаражу подъехал Кори.

Он опустил окно.

— Куда-то собираетесь?

— Да, – сказала я. – И ты за рулем.

Я уселась на переднее сиденье, отправляя Джереми назад, и закрыла двери гаража. Кори перевел взгляд с Джереми на меня и обратно, задавая немой вопрос, а Джереми только пожал плечами.

— Адрес?

— Мы едем в город, – резко сказала я. – Давай на юг, а я скажу, когда будет съезд.

Надо отдать должное, Кори только кивнул, включил музыку и нажал на газ.

Я любила ездить в город. О нем у меня были только хорошие воспоминания: походы в театр, то, как родители затаскивали меня на случайный бейсбольный матч, посещения колледжей с Кори этой весной.

И вечно что-то волшебное происходило на большом отрезке дороги, который вел от нашего дома в пригороде Пенсильвании до высоких, плотно построенных зданий на горизонте, которые напоминали, как быстро может меняться пейзаж – и твои возможности.

Чем ближе мы подъезжали к суетливому центру, тем больше улучшалось мое настроение. И когда я вела Кори по нескольким мостам в Саутсайд, я была уже почти в восторге.

— Налево, а потом прямо.