Книга Сердце лета, страница 107 – Хелена Хейл

Но почему не сказал? Глупый вопрос. Я ведь специально избегала разговора на эту тему, подозревая правду. Наслаждалась каждой секундой, когда он принадлежал только мне. Но самое важное – он любит меня. Клянусь, его чувства, прикосновения, слова, взгляд: все это кричало о его искренней любви и муках выбора. Очевидно, выбрал он не меня. Или я просто не успела поставить его перед выбором.

Германия. Он улетит с ней в Германию. Сыграет там грандиозную свадьбу. Нет, я не буду мешать их счастью и рушить его будущее. Красотка Оксана откроет перед ним новые горизонты, ему не нужно будет ежедневно рисковать жизнью на работе, ничто не будет напоминать ему о прошлом, новая страна – новая жизнь.

В дверь громко постучали.

— Аглая, открой! – донеслось из предбанника.

Вытерев слезы футболкой, я с трудом встала и открыла дверь.

— О господи… – так Алик оценил мой внешний вид. – Пожалуйста, выслушай меня.

— Я тебя слушаю, – тихо ответила я, не позволяя ему войти.

— Я хотел тебе сказать, но ты…

— Да-да, я не дала тебе такой возможности, поэтому ты решил, что так будет гораздо проще, ведь я готова ради тебя на многое.

— Аглая… Не говори так. Ты ведь знаешь, что я люблю тебя.

Я накрыла глаза ладонями. Любишь? Алик, ты меня убиваешь, а не любишь.

— То, что сказала Оксана, правда?

Алик замялся и убрал мои руки от лица, чтобы посмотреть в глаза.

— Что именно она сказала?

— Свадьба, Германия…

— Отчасти. Мы действительно планировали улететь. Ума не приложу, как она тебя нашла.

— Это точно не случайность, Алик. Думаю, она устроила это шоу специально. Ты говорил ей обо мне?

— Она видела фото. Я постоянно его открывал. То самое, в подвале, помнишь?

Я усмехнулась, всхлипнув.

— Иди, Алик. Просто уходи, ладно?

— Но… Аглая, пойми, я виноват. Виноват перед тобой, потому что не признался сразу, и перед Оксаной, потому что люблю тебя, а ее лишь… уважаю. И благодарю.

— Уходи.

— Что мне делать?

Глаза его наполнились слезами. Он крепко обнял меня, и я позволила себе вцепиться пальцами в его спину, словно утопающая.

— Лети в Европу. Это отличная возможность. Вы давно вместе, а я… я ошибка.

— Ты никогда не была ошибкой, Аглая, перестань…

— Ты делаешь только хуже, Алик. Пожалуйста, уйди.

Алик долго всматривался в мое лицо, затем сдался.

— Зачем ты так? – прошептал он, развернулся и ушел.

Захлопнув дверь, я снова повалилась на пол, подтянула колени к груди и уставилась в одну точку. Не знаю, сколько времени пробыла в таком положении, но затекло все тело.

— Какого… Эссенцева? – распахнула дверь Юлиана.

Подруга, прижав к груди ноутбук и ввозя чемодан, застыла в дверях, глядя на меня, свернувшуюся на полу в позе эмбриона.

— Что за… Ваши утехи, знаешь ли, перешли все границы! – в первый момент вспылила она, затем включила свет и увидела мои опухшие, красные от слез глаза. – Бог мой! Аглая, что стряслось?!

Подруга попыталась пристроить куда‐нибудь ноутбук, но я в порыве гнева опрокинула стол. Кое-как расчистив себе местечко, она медленно присела на пол, вернее на истерзанный бомбер рядом со мной.

— Милая моя…

Больше она не сказала ни слова, а просто обняла меня и ласково поглаживала по волосам. Как истинный знаток человеческих душ, описывающий их переживания, Юлиана прекрасно понимала, что молчаливые объятия сейчас помогут куда больше слов.