Книга Сердце лета, страница 111 – Хелена Хейл

В церкви было душно, клубился кадильный дым, сильно и, как мне казалось, тяжело пахло ладаном. Стены были расписаны образами святых в полный рост, и я чувствовала себя некомфортно, будто меня осуждала целая толпа людей. Отпевание совершили быстро, после бабы Люси в очереди было еще двое покойников, и нас буквально выдворили из церкви. Мы проводили бабулю в последний путь на кладбище, положив ее покоиться рядом с дедушкой. Горе мое было не острым, не уничтожающим, скорее нежной скорбью.

Приняв соболезнования от многочисленной родни, мы двинулись в дом на правой стороне, где вовсю велась подготовка к поминкам. Надеюсь, когда умру я, никто не будет заморачиваться и слушать глупые фразы вроде: «Людмила покинула нас так неожиданно». Конечно, смерть человека в девяносто лет – нонсенс. Слышала бы их баба Люся, надавала бы по ушам.

Вечером, около восьми часов, Анька с Мишей привели Даню. Подруга еще не обзавелась детьми, зато к Дане очень прикипела. Аня сменила имидж: сделала стрижку каре, перекрасила волосы в карамельный блонд, сильно похудела и теперь выглядела не как нежное облачко, а как модель с обложки. Добрыдень же не изменился ничуть, от него все так же веяло тестостероном, самоуверенностью и тщательно скрываемым добродушием. Благодаря Мише Аня за эти три года облетела полпланеты, и уже это было поводом для уважения парня лучшей подруги.

— Так‐с, мы почитали, поиграли, потом они с Мишей пускали здоровенные мыльные пузыри, набегались, Даня уснул часа в три и встал около семи, – скороговоркой отчиталась Аня.

— Спасибо, дорогая. Ты лучшая. – Я крепко обняла подругу. – И тебе, Миша, большое спасибо.

Миша улыбнулся и смущенно поправил воротник поло цвета баклажана.

— Знаю, это прозвучит нелепо и в данной ситуации несуразно, но завтра праздник. Ты помнишь? – спросила Аня.

Я сначала похлопала ресницами, вспоминая дату, потом рассмеялась.

— Слушай, уверена, если бы моя бабуля узнала, что из‐за ее, как она всегда выражалась, «долгожданной кончины» мы пропустим день Ивана Купалы, то сама бы сбросила нас в водоем.

Двоюродные дяди и тети косо взглянули на меня, смеющуюся на поминках.

— Тем более я с Данилой. Он ведь не знает о том, что такое скорбеть, – продолжила я. – Кстати, оставшиеся жители вполне могут устроить завтра засаду. Лучше подготовиться.

Аня усмехнулась, мы еще немного поболтали о планах на ближайшие дни и договорились встретиться следующим утром. Аня с Мишей приехали по моей просьбе, а в итоге решили остаться здесь на неделю. Я с удовольствием поддержала их решение – наконец‐то мой ребенок отдохнет от шумного города и узнает, что такое настоящая природа России, что такое настоящее детство.

Милена с Андреем, к сожалению, свинтили в свадебное путешествие пять дней назад, за пару дней до бабушкиной кончины, поэтому прилететь не смогли. Более гармоничной пары, чем Кулаковы, представить сложно. Мы‐то с Аней еще в детстве пророчили им будущее.

К нашей с мамой радости, большая часть родственников разместилась в доме на левой стороне. Я, Даня, мама, баба Надя, ее сестра и Федя остались на правой, в тишине и покое. Вечер прошел уютно, я с удовольствием наблюдала за тем, как Федя развлекает Даню всем, что попадалось под руку. Ближе к ночи, когда малыш уснул, мы с мамой разлили чай из самовара и вытащили оставшиеся пирожки с мясом и картошкой.