Книга Замри для меня, страница 98 – Хелена Хейл

Он никак не ожидал, что однажды будет гримировать лицо сестры. Такое могло бы привидеться только в самом страшном кошмаре. В тот день он не смог встретить ее после школы: его попросили выйти на работу за дополнительную плату, которой как раз хватило бы и на еду, и на оплату ее курсов. Возвращаясь домой, он увидел скорую, полицию, воющую мать и разъяренного отца. Ванессу сбила машина. В Джуно, черт подери! Да тогда еще даже пробок не было!

— Был сильный снегопад, дороги скользкие, ничего не видно… – оправдывался водитель.

Что ж. «В таком случае никто ничего не заподозрит, если через пару дней из-за снегопада ты не справишься с управлением», – решил Картер. Технически он не убивал его. У мужчины была возможность выкрутить руль. Наверное. Картеру было плевать: жизнь за жизнь.

А чтобы подобных гадов, невнимательных или, наоборот, убивающих намеренно, стало меньше, он пошел в полицию. Картер не считал, что смерть Ванессы уничтожила его. Да, он страдал, но годы шли, и он поставил перед собой цель, которая отвлекла его от страданий. Пока он не стал детективом и не познакомился со своей напарницей.

Он никогда не считал себя глубоко несчастным – скорее невезучим – и планировал подняться по социальной лестнице с помощью профессии. Но что-то внутри него изменилось, стоило ему впервые увидеть Лилиан. Ее образ маниакально преследовал его. Он не помнил, когда в последний раз Лили ему не снилась. И как назло, Мерфи была счастлива в браке, растила дочь – к несчастью, больше похожую на отца, иначе бы Картер, возможно, питал к ней больше чувств.

Дэн, Дэн, Дэн…Его уже тошнило от этого имени. Почему Лили не интересовалась его жизнью? Картеру очень хотелось открыться ей. Но Лилиан воспринимала его исключительно как коллегу. Даже не хотела назвать его другом. Ладно, это поправимо.

Запретный образ, который невозможно было поцеловать в реальности, убивал его изнутри. Синдром Адели – вот что предположил интернет. Чушь собачья, это любовь, и все тут. Ее глаза, редкий смех, густые волосы, цветочный аромат… Он не мог вспомнить, чтобы хоть раз так западал на девушку. Невозможность обнять ее, коснуться ее груди сводила с ума. Тогда Картер предпринял первую попытку к сближению: избавился от Дэниеля. Это оказалось просто: точно так же он разобрался со случайным убийцей Ванессы.

Лили, Лили, Лили…Его цветок, его ранимая, но такая упертая, чертовски горячая в гневе, до смешного ответственная девушка. Наконец она стала обращать на него внимание. Картер готов был расплакаться от счастья, когда Лили стала чаще с ним откровенничать и интересоваться его делами; он о многом умалчивал, стараясь больше слушать и говорить о ней, веселить ее выдуманными историями. Он изучил ее предпочтения, стал верным другом, которому она позволяла более интимные жесты – мимолетные прикосновения! Боже, какая у нее мягкая кожа!

Тогда он понял, что чем уязвимее Лили, тем она ближе. Деловитая самостоятельность лишь иллюзия. Лили нуждалась в его присутствии, ей становилось легче за разговорами, она ценила его помощь, хоть и продолжала работать так же усердно, как и до смерти этого придурка. Он-то вряд ли ценил Лили. Наверняка не осознавал, какое сокровище ему досталось – самая красивая девушка в Джуно. После того как Картер впервые увидел ее на стрельбище, ему потребовалось уединиться в туалете.