Книга Лавандовая ветвь, страница 39 – Хелена Хейл

— Прощай, Нечисть!

— Я бы сказал, до скорой встречи, мисс Лаванда.

Я знала, что он улыбается, спиной чувствовала его выражение лица, вновь и вновь покрываясь мурашками. Я тут же свалила все на утреннюю прохладу. Но когда его двигатель заревел и из салона полилась песня Arctic Monkeys «Why’d You Only Call Me When You High?», которую я недавно распевала в автобусе, меня словно громом поразило. То, что он демонстративно включил эту песню, не могло быть случайностью, я уверена, потому что всю дорогу мы ехали в тишине, а именно сейчас, стоило мне выйти, он выкрутил звук на максимум. Я поспешила домой, так и не сумев унять дрожь.

— Селина, да как ты могла! Я чуть с ума не сошла! – встретила меня на пороге мама. – Девочка моя, ну хоть бы одно сообщение! А Эбигейл до того перепугалась, что пришла к нам с ночевкой – поджидать тебя!

— Эбби у нас?

— Да, она еще спит на старой кровати Пабло в комнате Мэттью. Мы не ожидали, что сегодня ночью твоя кровать будет пустовать.

— Мамочка, любимая моя, мне двадцать три года, в конце концов…

— Да хоть все сорок, ты – моя маленькая Сели! Я ведь не ругаю тебя, гуляй где и с кем хочешь, но не пропадай ночами, я чуть…

— Ладно, мамуля, иди сюда. – Я прижала ее к себе.

— Милая, ну и несет от тебя, конечно. Марш в душ! Знать не хочу, откуда все эти ароматы…

— Вот и правильно.

А в душ я не просто пошла – побежала. Мне не терпелось смыть с себя пролитый алкоголь, лапы Нила и весь стыд, пережитый за эти сутки. Интересно, Эбби помнит, что обещала сегодня отработать без меня? Я была готова даже закрыть кофейню на сутки, настолько невозможным казалось ехать на работу через полтора часа.

— А вот и она! – Эбби и Мэттью сидели за круглым кухонным столом и уминали торт, испеченный мамой в честь праздника. – Тебе крышка, Селина Гарсия.

— Эбби, давай не тут… – Я выразительно глянула в сторону брата.

— Мне тоже интересно! – возмутился он.

— Так, вы, кажется, забываетесь, детишки! – дерзко бросила я, заваривая кофе. – Вы что, в школу?

— Я на тренировку, Эбби в кафе, – ответил Мэтт. – Значит, день рождения прошел успешно?

— Не твоего ума дела, братец! – буркнула я.

— И вот с этимя живу почти восемнадцать лет… – драматично произнес Мэттью.

— Между прочим, этоменяло тебе подгузники и кормило с ложечки, так что прояви уважение к старшей сестре в ее болезненном состоянии!

Мэттью и Эбби прыснули со смеху и пододвинули стулья, уступая мне место. Пабло и Ева съехались сразу после разговора с мамой, и я с грустью взглянула на опустевшее место во главе стола. Мама после бессонной ночи осталась дома и громко посапывала на диване. Прикончив торт, я собралась в спальню.

— Эбби, пиши мне, ладно?

— Окей! Завтра смена Оскара?

— Нет, мы договорились, что я буду работать три дня, а затем он выходит на два. Я пока не готова платить ему по полной.

— Ты уверена, что сможешь завтра выйти?

Я наградила ее гневным взором и скрылась за дверью своей комнаты. Наконец можно уединиться со своими мыслями. Прижав к себе вторую подушку, я вспоминала события минувшей ночи. Стыд, тоска – все это вновь окутало мое сознание. Я ведь так и не заглянула в телефон и не узнала, пытался ли Коннор дозвониться до меня. Надеюсь, что нет: совсем не хотелось, чтобы перед глазами опять прыгала Ким. На (почти) трезвую голову я убедилась в верности своих ночных размышлений, решив отдавать долг дяде Майклу вместе с арендной платой. Будут выходить копейки, но если откладывать каждые два месяца, получится не такая уж постыдная сумма.