Книга Бизнес, любовь и много чего ещё, страница 119 – Одри Роуз

Дверь уже давно заперта на ключ, но я все еще не могу развернуться к Кларку. Мне страшно. Страшно, что он не поверит, что я не спала с Коулом. Страшно, что он окажется не готов к правде о брате. Страшно, что я не сумею до него достучаться и он будет позволять родному человеку и дальше причинять себе боль.

— Тебе не идет, – вдруг говорит Кларк.

Я поворачиваюсь, ведь совсем не понимаю, о чем он.

— А?

— Это платье.

— А-а-а… Да. Не идет совершенно. Тебе твой прикид, кстати, тоже.

— Серьезно?

— Да. Тебе велико, отчего все твое подкачанное тело просто скрадывается под этим фасоном. Да и блеск у ткани какой-то нелепый, он затмевает твои светлые глаза и то, как они сияют, когда ты о чем-нибудь задумываешься. Ой…

Зачем я все этого говорю? Меня бросает в жар. Боже, как нелепо… Я готовилась объясняться на серьезные темы, а мы обсуждаем одежду… Что дальше? Поговорим о погоде?

— Мне вообще не стоило приезжать сюда. И да, Кларк, чтобы ты знал, я бы ни за что не устроилась работать к твоему брату. Я сюда приехала из чистого любопытства. И теперь, кажется, понимаю, почему оно грех.

— И почему?

— Потому что, не сообрази я про эти дурацкие татуировки, даже не знаю, как сумела бы тебе доказать, что между мной и Коулом ничего не было. Скажи, если бы я не смогла ничего придумать, ты бы поверил ему?

— Да. Но не воспринимай это на свой счет. Я был в длительных отношениях, в которых мне изменили. И всплыла правда именно благодаря Коулу.

— А ты не думаешь, что измена там была такой же, как сегодняшняя? То есть ее могло не быть вовсе. Кларк, я хочу сказать тебе кое-что очень важное о твоем брате. Я просто не могу оборвать наши с тобой отношения, так и не пролив тебе свет на кое-что. Я чувствую, что обязана. Обязана, как человек, с которым ты стал очень близок. Ты ведь столько мне рассказал о себе, своей семье и своих переживаниях, что теперь, когда моему взору открылось невидимое и скверное о твоем брате, я должна тебе рассказать, кто он. Тебе может казаться, что ты знаешь его лучше всех на свете, ведь вы всю жизнь были вместе, но именно из-за родственных уз и любви к брату ты можешь не понимать и не видеть, какой он человек. Коул, как настоящий змей и учинитель раздора, увидев на похоронах, что у младшего брата появилась дорогая ему игрушка, сразу же захотел с ней что-нибудь сделать. Отобрать, испортить, внушить, что она дрянная. И он всеми правдами и неправдами заманивал меня в этот чертов особняк, чтобы на твоих глазах разыграть спектакль. Но сейчас важно следующее. Я сейчас здесь с тобой в этом номере, чтобы позаботиться о тебе. Я готова заплатить любую цену, если ты в итоге поймешь, что твой брат никогда не изменится. Поверь, я знаю, почему ты каждый раз веришь ему. Потому что ты любишь его. Ты веришь в то хорошее, что есть в твоем брате, и каждый раз, когда сближаешься с ним, искренне надеешься, что в этот раз все точно будет по-другому. Что он не причинит боли. Но он станет в привычной манере манипулировать снова, филигранно надавливая на твои болевые точки, как на клавиши пианино. И нет ничего слаще его ушам, чем симфония твоей боли.

Кларк слушает меня, опустив глаза. Я знаю, что нам обоим тяжело от этого разговора, но осталось еще много вещей, которые мы должны сказать друг другу.