Книга Рождество у Уоллесов, страница 9 – Таня Нордсвей

— Приятного аппетита, — добродушно пожелала нам Киара, оказываясь рядом с нашим столиком. — А я пошла обслуживать народ, который Миллер благополучно ранее отпугивал вывеской «Закрыто».

— Киара, — Карл ухватил девушку за руку, не дав той быстро вернуться на свое рабочее место. И заставив ненадолго застыть возле их столика в своей униформе в виде довольно короткого коричневого платья, белых длинных чулок, аккуратных кофейных туфелек на каблуке и белоснежных ажурных перчаток. — Обслуживай, но не забывай, что утром происходило за этим столом.

Когда Карл отпустил покрасневшую Киару, показавшему ему средний палец, а до Нессы дошел смысл данной фразы, она воскликнула:

— Фу, придурок, как мы тут кушать-то будем!

— Молча. Или с наслаждением? — предложил варианты Миллер. — На твой выбор. Тем более, кто бы говорил, мелкая любительница БДСМ. Или чем вы там с твоим сталкером занимаетесь? Цветочки собираете? Сначала их нюхаете, а потом играете в пестики-тычинки?

— Да ты оборзел, Миллер.

Карл расплылся в довольной улыбке, ложкой оттяпывая кусок от моего тыквенного пирога, а после прикрывая глаза от наслаждения. И тут я полностью разделяла его эмоции — пирог и правда был верхом блаженства.

— Рад, что вы обе это наконец заметили. Как делишки, Браун? Не надоело кормить мелкое отродье Чуни день за днем?

— Спасибо, дорогой, справляюсь. А ты, я вижу, времени зря не теряешь.

— Я же спортсмен, детка. На поле каждая минута может стоить победы. Привык вертеться.

— Вертятся только юбки перед твоим носом, — Несса шустро отодвинула от него свой пирог, пока Миллер не успел отщепить и от него кусочек. — Я удивлена, что ты сегодня не на тренировке.

— Нас давно распустили на каникулы.

Несса уж было что-то хотела добавить, как вдруг из её куртки высунулась недовольная черная мордочка. Оливочка, о которой мы совсем забыли, уставилась на нас зелеными глазами, а потом, переведя взгляд на пирог, пронзительно запищала.

— Тише, мелочь! — окрикнув котенка, Несса быстро спрятала ту обратно в карман, чтобы другие посетители ненароком не заметили. — Сюда с животными нельзя.

Немудрено, что она была в курсе таких мелочей. Регулярно гуляя с Чуней на поводке по городу, Несса знала все пет-френдли кафе, к которым «Леденцовое сердце» к сожалению, не относилось.

— Зачем вы притащили с собой этого чертенка? — поинтересовался Миллер, отпивая из стаканчика Нессы глинтвейн.

— Она случайно оказалась в моем пакете с оливье, — отмахнулась я. И отпила немного своего глинтвейна, который немного обжег горячим мое горло. Но от этого не стал хуже а, наоборот, подарил мне неземное удовольствие.

После мороза за окном выпить горячего, наивкуснейшего глинтвейна было сродни подарку небес. Мы с Нессой предпочитали алкогольный вариант напитка, с яркими фруктовыми нотами от красного вина, более насыщенный, плотный и согревающий. Прокатывающийся по языку вкусом специй и шлейфом корицы, дарующий несравненное ощущение наступающего праздника.

— Оливье? Что это такое? — не понял Карл и мне пришлось отвлечься от глинтвейна, чтобы ему пояснить:

— Блюдо русской кухни. Много майонеза и соленых огурцов.

— Фу, — поморщился Карл и отдал Нессе её глинтвейн. — Звучит отвратительно.

— Отвратительно вкусно, — поправила его я. — Мама Алекса русская, она всегда готовила нам этот салат на Рождество. И мне он очень нравится.