Книга Пламя в темноте, страница 129 – Таня Нордсвей

Долгие годы на континенте царил мир, пока им правил мудрый круг из правителей и их близких друзей, именующих себя Ше’ру, что на нашем языке означало «связанные сердцем, долгом и честью».

До тех пор, пока среди нас не появился Клаус. Таинственная личность или просто способный мальчик, которого нашел в пустыне Бреннан.

Когда мой отец отрекся от престола, передав власть моему брату, тот вступил в союз с драконьей принцессой. Они объединили Дворы и тогда столицу перенесли в город Сумрака, из-за названия которого её вскоре начали называть Сумрачным Двором. Бреннан же туда прибыл с Кайлом для изучения алтарей Солнца и Луны — тех самых порталов в мир Света и Тьмы.

Бреннан до последнего не ведал, что Клаус попал под влияние Кайла Марриенсена, Пожирателя и предателя. Они выкрали записи Бреннана и использовали информацию, полученную оттуда, в своих целях.

Кайл и Клаус пробудили силу алтарей, создав новый элемент Контроля. Из-за этого династия драконов пала жертвой ужасного проклятия: все оставшиеся в живых представители оказались заточенными в своих животных телах. Двор Дикой Охоты постигла та же участь, но их сущности заперли в человеческие оболочки, а потом…

Весь круг свергнутого короля заставили присягнуть на верность отступнику Клаусу, которого провозгласили императором.

Тогда я, верховный баргат, брат короля и его правая рука, наследник Двора Дикой охоты и стал марионеткой в руках Клауса, заполучившего трон и власть. Но кое-что в этой ситуации нас было намного хуже самого проклятия подчинения. И это проявилось позже, когда нас всех заставили казнить свой же народ, выслеживая чистокровных фейри и полукровок, словно дичь…

Мой брат был королём Дикой Охоты. После его гибели его титул перешёл ко мне. Но уже триста лет в нём не было никакого смысла, потому что, активировав порталы-алтари, Клаус и Кайл переместили Сумрачный Двор в измерение Света и Тени. И теперь на месте процветающей столицы лежал пепел.

На своих плечах я нёс ответственность за подданных и тяжелое бремя гибели тысяч фейри и полукровок с тех самых пор, как Клаус нас предал. Первые десятки лет я желал отомстить и искал способ убить Клауса и Кайла, но так его и не нашёл. Проклятие сковывало нас, делало верными слугами этого ублюдка, полностью контролировало нашу магию.

Сейчас, когда время было на исходе, я чувствовал, как внутри меня медленно пробуждается подавленная сила. За столетия у всех нас сменились приоритеты. А день, когда порталы навсегда закроются, приближался.

Я не знал, что стало с жителями Сумрачного Двора. Мы не так и не получили от них ни одной вести. Но, глядя на Алакая, я понимал, что в отличие от других Ше’ру, мы с ним должны остаться.

Я — как последний оставшийся в живых наследник Двора Дикой охоты. Он — как моя правая рука.

Погибнет надежда на спасение Двора, погибнем и мы. И я намеревался к тому времени защитить Ребекку и её брата от последствий, которые обрушатся на Шеррувию.

Алакай оттолкнулся спиной от стены, возле которой он стоял, и подошёл ко мне ближе, сложив руки на груди.

— Что ты задумал, Шаян? — спросил Ше’ру.

В отличие от других, он ни разу не называл меня моим вторым именем, к которому я привык за время обучения у Бреннана искусству боя. Но ответить я ему не успел.