Книга Пламя в темноте, страница 88 – Таня Нордсвей

Даррок весь обратился во внимание, а я ощущал небольшое раздражение от того, что наша связь посылала к пальцам магические импульсы, мешая мне.

Я пытался не думать о том, что намеренно не заглядывал в эти летописи в поиски знакомой фамилии Ребекки. Не понимал своих мотивов, почему пытался найти оправдание девушке. Если бы не разорвали её нить магии, то я мог бы списать странное чувство, заворожившееся в душе, на неё. Но нить была оборвана, а чувство осталось.

Зря я так долго наблюдал за ней и так приблизил. Из-за этого вечно находящая проблемы Ребекка стала привычным человеком рядом со мной.

Дойдя до листов с именами Марриенсенов, я плотно сжал губы, пробегая глазами по строчкам. Двигался к концу, где было значилось:

«Магнус Девлинн Хаген Амайя Аскер Марриенсен

Кирос Лиулф Давен Амайя Аскер Марриенсен

(первый сын Магнуса второго своего имени)

Кайл Эйден Аксель Амайя Сколь Марриенсен

(второй сын Магнута, второго своего имени)»

Я медленно опустил глаза на последнюю строчку, выведенную наклонным почерком летописца:

«Десма Лилиан Ребекка Амайя Хати Марриенсен

(дочь Кироса от смертной женщины)»

Замерев, я напрягся всем телом.

Так вот почему мне казалась знакомой её фамилия… То была не фамилия вовсе. Как и имя Ребекка — не было первым именем девушки.

«Этого достаточно?» — сухо уточнил Даррок.

Я ещё раз прочитал полное имя Ребекки и отложил книгу на стол, нахмурившись и задумавшись. Не получив от меня ответа, Даррок рыкнул:

«Она племянница предателя!! Полукровка, Пустая. Этих причин тебе мало? Надо решать, что с ней делать, Шаян. Месяц, который ты ей дал, проходит. Мало ли что ей взбредёт в голову или для кого она шпионит!»

Я тяжело втянул носом воздух.

Перед глазами встал образ Ребекки и её эмоции, захлестнувшие меня с головой. Жизнь в её глазах, желание защитить брата со стороны матери любой ценой. Обучение письму и науке.

Кем-кем, но шпионкой она точно не была. Полукровкой — да. Но этот секрет можно сохранить, учитывая, что она связана с драконом, в котором мы нуждались.

И Ребекка должна была пройти испытание огнём как можно быстрее, пока у нас не кончилось время.

— Дети не всегда ответственны за грехи своих отцов, — тихо произнёс я вслух. Это было сложно, но я впервые говорил не по указке Императора. В отношении Ребекки я не был скован своим проклятием. — Она росла с матерью, отчимом и братом. Она не знала никого из наших врагов, считающихся её родственниками.

«Я не могу поверить, что ты это говоришь!» — я ощутил клокочущую ярость Даррока. «Хорошо, считай как хочешь. Но не забывай о нашей миссии, и что ты не один несёшь бремя. Этот вопрос стоит вынести на обсуждение с другими. Они должны знать, кто…»

— Мои решения не обсуждаются, — ледяным тоном оборвал я. Руки сжались в кулаки, на скулах заходили желваки. — Не забывайся.

Даррок умолк, но я явно ощущал его несогласие.

Мне стало душно в кабинете, и я вышел в коридор, начав спускаться по лестнице. Дракон замолк. И мне, и ему надо было обдумать информацию, которую мы выяснили, в одиночестве.

Я замедлил спуск. Спешка была ни к чему. Я всё равно собирался пройтись до септы, чтобы зажечь свечи.

Даррок в одном точно был прав — я был обязан сообщить Императору о Ребекке, потому что она являлась полукровкой. Она была аэрукет Первой крови, которых казнили не раздумывая.