Книга Пламя в темноте, страница 95 – Таня Нордсвей

Когда Ребекка, обвив мою руку, потёрлась носом о кожу я шумно выдохнул, рассеянно моргая.

Первой моей мыслью было позвать Феяз, чтобы она подежурила возле неё. И принесла ещё одеяло, так как Ребекка дрожала и тянулась ко мне, как к единственному источнику тепла. Однако потом я потом решил всё-таки не тревожить целительницу своим внезапным визитом.

Подвинув девушку, я улёгся рядом с ней на матрас. Магический огонь убрал все следы крови, но также сжёг верхнюю часть одежды, обнажив грудь и оставив меня в одних кожаных штанах. Обычно я контролировал магию, но не в этот раз. Сегодня не смог.

Ребекка тут же прильнула к моей груди, отогревая прохладные конечности. Её лихорадка ушла и теперь в прохладе комнаты она мёрзла.

Я замер, боясь ненароком навредить ей. Когда спала Ребекка казалась слишком маленькой и беззащитной. И почему-то мне не понравилось, что я увидел её в таком аспекте. Мне было спокойнее, когда я видел в ней лишь ученицу.

Ребекка вновь заворочалась, устраиваясь поудобнее. Я позволил ей придвинуться ближе, подняв руку и потом опустив её на девичью талию. Мои пальцы коснулись мягких волос Ребекки, разметавшихся по матрасу.

Я мысленно заверил себя, что она всё равно ничего не вспомнит. А для меня подобное мало что значит — просто мера необходимости. Тем более, что магия крови вымотала меня.

С этими мыслями я прикрыл глаза, стараясь не потревожить покой девушки. И провалился в сон.

Спустя двое суток…

Дождь лил как из ведра.

На плацу Лармара выстроились все кадеты академии. Промокшие за минуту до нитки, они стояли под проливным дождём, что не прекращался ни на секунду. Над нашими головами слышались раскаты грома. Небо разрезали молнии. Драконы Ше’ру цеплялись за каменную кладку, ожидая команды.

В центре плаца лежал труп Балара Райланда. Рядом с ним стоял верховный баргат, а позади него — за спиной — застыла я.

Вода стекала по моему лицу и затекала за шиворот, но я продолжала стоять, пока Шаян обращался ко всем кадетам. Его речь давно канула в пучину моих тёмных мыслей, которые завладели мной с самого момента пробуждения. Погода им соответствовала.

Я уловила суть обращения баргата — он озвучивал приговор для погибшего Балара и трёх пленных мятежников, закованных в цепи и висящих позади нас. Их притащили в Лармар Ше’ру со своей миссии. И сейчас вся академия наблюдала за совершающимся правосудием.

Балар был причастен к группе мекретов, которые устраивали жестокие убийства кадетов в стенах академии. Я этого не знала. Однако прекрасно осознавала, что в числе пленников, закованных в железо, должна была быть я.

На моём языке медленно разливалась горечь.

В лицах кадетов, стоящих под ливнем, я различала тех, с кем пила в ночь нападения Балара. Мы славно повеселились, и я вдребезги напилась, позабыв буквально обо всём на свете. Мне даже пришла в голову шальная мысль о том, что быть кадетом Лармара не так уж и плохо. И среди них не все отпетые подонки, как я до этого предполагала.

Теперь же, омываемая холодным дождём, я осознавала, какую глупость совершила. И это я даже не о попойке с кадетами и потом пьяном желании плюнуть с башни Лармара — нет. О том, что заключила соглашение с Кайлом, чуть не призналась об этом Шаяну и открыто молила баргата дать мне умереть, взамен позаботившись о Ромусе.