Книга Монстры царства стали, страница 182 – Таня Нордсвей

Несмотря на все, что сейчас происходило в мире и их жизнях, Рэйна чувствовала себя как дома. Она уже замечала ранее на прогулках с Кассией, что мир фейри был для нее местом, куда ее душа будто бы стремилась все это время. И когда к этому двору, наконец, прибыли друзья, девушка ощутила покой. Эта эйфория стала для нее сродни раю на земле. Она так скучала по всем ним! И, наконец, ее израненная душа смогла встрепенуться от близости друзей и их поддержки.

Рэйна не знала, как объяснить им все то, что она уже успела натворить, и что их связывало с Саргоном… но, кажется, Эль и Ноа и так понимали ее трудности без слов. Они не спрашивали об этом, и Рэйна была им благодарна. А вообще, за общими разговорами и всякими шалостями, она быстро забыла все свои мысли, терзающие ее днем и ночью.

Да, у всех троих были темные пятна в прошлом, но сейчас они пользовались возможностью поймать кусочек света и счастья в своих жизнях.

Эль командовала и шутила, Ноа и Рэйна помогали замешивать отвары с маслами для кожи, подпитываясь теплом друг друга. Они кушали фрукты и пили вино, которое Эль стащила из погребов. Восхитительные засахаренные фрукты разошлись так быстро, что им пришлось совершить второй «набег» на кухни и стащить оттуда еще немного сладостей.

Когда Ноа, Эль и Рэйна сели на единственную кровать в покоях принцессы, то уже порядком устали от совершенных действий, но ничуть не чувствовали и капельки угрызений совести. Отхватив каждый себе по подушке, они решили уже перейти к рассказу собственных историй – этот момент каждый из них одновременно и ждал, и оттягивал как мог.

Первой начала Эль.

— Я родилась в семье кочевников в Великой пустыне Рунии. И была первым ребенком у родителей. Мать не сказала отцу, кем она являлась, а когда он узнал, было уже слишком поздно. Нас всех поймали работорговцы, заковали в кандалы и увезли в Мирию на продажу. Меня, моих родителей и трех сестер. Мама к тому времени была беременна пятым ребенком. Нас могли бы продать в какой-нибудь дом, если бы в самый последний момент не пришел один из известных мирийских работорговцев – Рекс – и не устроил проверку-ловушку. Моя сестра попалась и… – девушка запнулась, смотря куда-то вдаль. Ее мысли витали явно не в этой комнате. – Нас всех проверили и выяснили, что каждый из нас, кроме отца, обладал даром Певчих пустыни.

Рэйна содрогнулась, услышав про Певчих. Получается, все это время Эль была рядом, а Рэйна так и не смогла ее найти…

В уголках глаз девушки появились непрошенные слезы. Само собой всплыло воспоминание о песне той женщины – Массары, – чье выступление они с Тараком слушали в Мизе.

— Нашего отца продали какому-то торговцу в служение. Он умер через два года от лихорадки, а мы с матерью и с сестрами оказались у Лэнса. Он планировал продать меня и моих сестер за баснословные деньги, как только мы подрастем. Заставлял мать давать концерты, в качестве давления на нее используя новорожденного брата, которого он грозил отдать Коршунам^[17]. Когда мы только попали к Лэнсу, мама успела испортить мне голосовые связки, чтобы я не имела для него веса. Лэнс относился ко мне, как с испорченному товару, ведь я была для него бракованной.

Рэйна прикрыла глаза, борясь с обуявшими ее чувствами.

Эль никогда не была бракованной. Мюриэль… одна из лучших, кого она когда-либо встречала в своей жизни. Рэйна неосознанно равнялась на нее и ее стиль. И вот какая ирония: та, что родилась и выросла в рабстве и нищете, имела исключительный вкус на красоту и моду. Эль была невероятной звездой, которую затмить было крайне сложно.