Книга Смоль и сапфиры. Пара для герцога, страница 25 – Таня Нордсвей

Моя богиня наблюдает за мной через открытое окно. Она не торопит меня, не призывает совершить то, ради чего я сюда пришла.

Ночь окутывает мои плечи прохладным покрывалом, мягко подбадривая и целуя ветром в висок. Мой Дар — Дар Ночи — сейчас на самом пике своей силы, ведь сейчас полночь. Благодаря Дару мужчина не замечает моё присутствие и продолжает спать.

Никто из тех, кого я навещала ночью за последние несколько месяцев, не пробуждался. Они даже не знали кто или что было повинно в их внезапной кончине. И сейчас, ровно, как и в прошлые разы, у меня впереди целая ночь.

Прошло уже три года с тех пор, как меня привезли к воротам храма, и я вошла в круг Братства Молчаливых. Сначала в качестве Шептуна, а пару месяцев назад вошла в ряды Лезвий, куда я изначально попадать абсолютно не планировала. Но опять же, моя судьба решила за меня всё сама, поэтому на одной из тренировок меня заметил кардинал. И с тех пор моя жизнь радикально изменилась, потому что я запомнила каждый день с того рокового момента.

Мужчина, что сейчас лежит рядом со мной, является моим заданием.

Он шевелится во сне, отчего прядь чёрных волос падает на его лоб, а лезвие легко задевает его шею, оставляя капельки крови. Я удивлённо приподнимаю брови, склонив голову. Только сейчас я вижу на его шее след от сведённой татуировки.

Отвлёкшись, я не замечаю, как моя рана на боку, которую я наспех зашила, снова раскрывается. Кровь пропитывает мою чёрную рубашку, которая тут же прилипает к телу. А когда я чувствую, что из раны струится тонкая струйка крови, становится уже поздно.

Мужчина раскрывает свои глаза.

Я отшатываюсь от него, как громом пораженная воспоминанием трехлетней давности, потому что узнаю его сапфировые глаза. Между тем ноздри мужчины расширяются, улавливая запах моей крови. Я застываю, не в силах отвести от него свой взгляд, в то время как кровь уже достигает моих штанов. Кинжал в моей руке чуть подрагивает, а после предательски выскальзывает из моей руки. Падение оружия смягчает ворс ковра.

Уже слишком поздно, чтобы винить себя в том, что я помедлила вместо того, чтобы быстро закончить начатое.

Мы смотрим друг на друга, и я понимаю, что это был мой последний заказ.

Он Ищейка. Киран Ердин, герцог Ладоргана, правая рука Императора и мой спаситель, выкупивший мою свободу три года назад на злосчастном аукционе графини Бонтьемэ. Хуже ситуации не придумаешь, ведь вряд ли он решит ещё раз проявить ко мне милость.

Конечно, хвала моему Дару у меня нет характерного запаха, который он мог бы запомнить. Однако единственный раз учуяв мою кровь… Ищейка не остановится, пока не найдёт меня, где бы я ни была. Если до этого, конечно, не убьёт меня моим же кинжалом прямо здесь, у себя в спальне.

Но пока он ждёт. И знает, что вряд ли у меня есть против него шансы на выживание — я не ассасин-виртуоз. Он сильнее меня физически, а его меч, который бы мне помог, слишком далеко.

Сейчас в моей голове крутятся сотни вариантов, но ни один из них не подразумевает того, что я выживу после сегодняшней ночи. И Ищейка это тоже понимает. Но, он явно не предполагает, что у меня есть последний козырь, хотя и очень сомнительный. Единственный выход, который может дать мне шанс. Мой голос, охрипший от долгого молчания, кажется теперь столь жалким в этой тишине: