Книга Смоль и сапфиры. Пара для герцога, страница 50 – Таня Нордсвей

Если я бы не знала, что Киран и Дарэй побратимы, я бы подумала, что они братья — настолько они их лица были наделены общей притягательностью. Оба тёмноволосые, высокие и с выразительным взглядом. Вот только глаза Императора охристого цвета, в отличие от синевы глаз Кирана, да тёмные волосы Дарэя короче.

— Дальняя родственница? — губы Императора складываются в улыбку, обозначая ямочки на щеках. — Или…

— Невеста, — доканчивает за него Киран и тогда я слышу странный смешок со стороны второго трона. Перевожу взгляд на супругу Императора и тут же столбенею, понимая, что не стоило этого делать.

Барабара Ладорганская является сестрой могучего Блайдда, князя Вэльска. Одного взгляда хватает, чтобы различить в ней знаменитую Северную Волчицу — так её прозвали в народе. Барбара широкоплеча, сильна, но при этом в шёлковом платье цвета свежей крови элегантна и стройна. У неё, как и у всех северян, светлые длинные локоны и льдистые глаза, буравящие меня сейчас с неприязнью. В её руке бокал, доверху наполненный вином. Алые губы усмехаются.

— Вот это неожиданность. Какая милая пташка, Киран, — говорит она мелодичным голосом, не вставая с трона. — Дарэй, она весьма мила, правда?

— Барбара, а ты, как всегда, само очарование, — улыбается ей Дарэй, а потом вновь поворачивается к герцогу. Мне кажется, или глаза Барбары блеснули непонятным недовольством? — Но Барбара права и это крайне неожиданно. Невеста? Обговорим позже. — Его удивление быстро сменяется лёгкой тревогой на лице. — Киран, собственно, мы тебя не дождались. Почти все уже выбрали оруженосцев, и…

— Как и я.

— В смысле, как и ты?

— В прямом, Дарэй.

— Когда успел? — Он отводит Кирана подальше от трона. Герцог же выглядит на редкость расслабленным. А вот Император, кажется, слишком удивлён. — Погоди, кого?

— Джонатана Фенрира.

Глаза Дарэя округляются, и я вижу, что их разговор притягивает всё больше и больше внимания.

— Джонатана? — неожиданно переспрашивает Барбара, услышав это имя. Встаёт с трона и быстро оказывается возле нас. Я просто стою и молчу, как этого и велит моя роль. — Джона?

— Да. И это не обсуждается.

Барбара выдыхает через нос и натягивает улыбку, а после залпом выпивает всё содержимое стакана. Джонатан Фенрир… Фенрир… фамилия знакомая, но никак не могу припомнить, где я её слышала.

— Хорошо, — как-то слишком быстро соглашается Дарэй, косясь на жену. — Джонатан, так Джонатан. Только ума не приложу, зачем, если есть множество достойных кандидатов.

— Джонатан достоен. И ты сам всё понимаешь, Дарэй, — только Киран может так формально общаться с Императором. — Уверен, остальные молодые люди найдут достойных покровителей. Что-то гости слишком опечалены, не находишь?

— Полагаю, пришло время для танцев, — Император хлопает в ладоши, давая знак музыкантам. — Киран, разрешишь увести на один танец твою очаровательную спутницу?

— Разумеется, — кивает Киран и в этот момент я чувствую, будто меня предали, когда вижу, как он предлагает руку Барбаре. Та улыбается, ставя бокал на поднос слуги, и они выходят в центр зала. А меня ждёт танец с самим Дарэем Ладорганским.

— Лайла… — тянет он моё имя, когда мы начинаем кружиться. — Такое редкое имя. Оно означает «ночь», вы знали?

— Да, Ваше Высочество, — отвечаю я, учтиво улыбаясь. Император ведёт меня в танце уверенно и легко, и я молюсь на то, чтобы случайно не наступить ему на ноги.