Книга Смоль и сапфиры. Пара для герцога, страница 62 – Таня Нордсвей

Сажусь на диванчик, забравшись на него с ногами и укутавшись пледом. Каштановые кудри, выбившиеся из растрёпанной косы, падают мне на лоб, немного заслоняя обзор. Слушаю абсолютную тишину, прерываемую только успокаивающим треском дров в камине — в покоях никого нет. Мой сон никто не беспокоил, никаких записок я тоже не нашла. Похоже, Кирана не волновало, как я решила проводить своё время во дворце. А чего я ожидала? Проживания в клетке и питания остатками со стола?

Всё ещё не находя чёткого плана действий в новых для меня реалиях, склоняю голову на спинку дивана. И, наблюдая за пламенем в пустой гостиной, я впервые за последнее время чувствую подобие безопасности.

Киран

Военный совет уже идёт не один час, а мы так и не можем прийти к единому решению. Я растираю виски, потягиваю вино из бокала, пока Дарэй обсуждает нюансы с лордом Реппишем.

Мне не нравится идея Дарэя развязать со всеми войну учитывая недавние события. Его стычки с Таксодонией являлись незаживающей раной, но отчего-то и с Вэльском Императору в ладах не жилось. Даже несмотря на то, что женой его была сестра Великого князя Вэльска, а сам он каждый раз обещал Блайдду свою поддержку, о которой вечно забывал.

С Блайддом я давно вёл общение и выступал за то, чтобы Дарэй взял Барбару в жёны. Такой союз оказался эффективным, а давняя вражда Вэльска и Ладоргана немного остыла. Однако сейчас Дарэй подозрительно много делает для того, чтобы расшатать эту устойчивую позицию на севере и меня это смущает. Но не в моих планах помогать другу рыть себе могилу, поэтому сейчас я буду делать всё, что в моих силах, чтобы не допустить непоправимого.

Лорды, сидящие по левую сторону от Императора, высказывают свои мысли по поводу возможного вступления в конфликт с Таксодонией. Я молчу, слушая их доводы, и понимаю, что Дарэй уже всё давно решил сам и сейчас мы лишь пытаемся переубедить этого упрямца. Император лениво разваливается на троне во главе стола, корона на его голову съезжает на бок, а сам он — сплошная беззаботность. Я знаю подобное поведение Дарэя и прекрасно понимаю, что после подобного реки Ладоргана вновь окрасятся кровью.

— Уважаемый Совет, я бы хотел выдвинуть предложение, — вмешиваюсь я, подпирая сложенными руками подбородок. Лорды тут же умолкают, зная, что мой голос, как и Рейнольда, имеет в этом зале почти такую же власть, что и решения Императора. — Лорд Реппиш, вы выбрали себе в оруженосцы второго сына герцога Таксодонии, верно?

Академия Ворона, подготавливающая молодых юношей к их первой службе в качестве оруженосцев, сыграла мне на руку в это десятилетие. Благодаря тому, что любой знатный лор в праве выбрать себе оруженосца для дальнейшего обучения под своим крылом, получаются неплохие союзы Ладоргана с другими землями Саяры. И ими всегда гораздо легче пользоваться, чтобы загладить острые углы и не допустить катастрофы.

— Да, всё верно, герцог Ердин.

— Тогда предлагаю поручить вам поездку в Таксодонию вместе с вашим оруженосцем. Так сказать, некий подарок для него за хорошие успехи в академии, — Дарэй тут же переводит на меня взгляд. — Вы познакомитесь с герцогом Таксадонии поближе и расположите его для торговли с нами.

Лорд Реппиш хороший торговец, но из него гораздо лучший посол, ведь лорд всегда умеет выторговать нужные для него условия. Сын герцога Таксодонии — хорошая карта, которую нужно умело отыграть. И, судя по выражению лица Реппиша, тот уже это прекрасно это осознаёт.