Книга Смоль и сапфиры. Пара для герцога, страница 83 – Таня Нордсвей

Мы поворачиваем на развилке, направляясь в северную часть замка и от этого внутри меня всё сжимается.

— Значит, вот так ты и стал оруженосцем герцога? Просто прилип к нему, как клещ к собаке? — всё ещё стараясь опережать Джона, спрашиваю его я, чувствуя, как протестует моё уставшее утром тело против ускорения темпа ходьбы. Бёдра болят, руки ноют, подол платья шелестит по полу. Окна коридора выходят прямо в сад и оттуда струится благоухание роз. И только это отвлекает меня от тревожных ноток

— Как грубо! Вообще, Лайла, тебя не учили, что обижать тех, кто младше тебя, нехорошо?

Учили, но все, кто воспитывал во мне доброту, сейчас уже мертвы.

— И сколько же тебе лет? — мой вопрос совпадает с моментом, как Джон открывает передо мной большие, двустворчатые арочные врата дворцовой библиотеки.

— Шестнадцать исполнилась прошлой луной.

— Шестнадцать?!

Мой слишком громкий вскрик эхом пролетает по пустому книжному хранилищу, заставляя меня приложить ладонь ко рту. Я-то думала, что он старше меня на пару лет, исходя из внешнего вида…

— Понимаю твой шок, однако это суровая правда, которую тебе придётся принять, — кажется, чем больше я общаюсь с Джоном, тем разговорчивее он становится. — Вообще-то тому, что я уже в таком возрасте стал оруженосцем, есть логическое объяснение.

Мы заходим в поистине императорскую библиотеку, в несколько ярусов захватывающую самую большую и старую башню, сохранившуюся от цитадели. Свет в неё проникает сквозь огромное панорамное окно, украшенное рамкой с витражом. Стеллажи кажутся бесконечными и уводят куда-то вниз, спускаясь в подвалы и теряясь в темноте. На верхние ярусы можно подняться с помощью витых лестниц, ведущих к самому верху башни.

Я потрясённо застываю у входа, поражённая размерами библиотеки. По моим данным, в прошлом она не была столь обширна и располагалась с южной стороны, но при перестройке замка её перенесли.

— Ты что-то знаешь про Академию Ворона?

— А? Что? — еле сумев оторвать взгляд от стеллажей, уточняю я, пытаясь вспомнить нить нашего разговора. Ах да! Мы обсуждали возраст Джона. — Не особо в курсе, если честно.

— Как же, бывший Шептун, и не знаешь, — поиграв светлыми бровями, поддевает меня Джон, а я шикаю на него. Всё-то он, оказывается, тогда подслушал!

Вновь перевожу взгляд на библиотеку. Напоминание о Шептунах, Элеме и расправе Кирана над шайкой из Лезвий ухает камнем внутри меня. Улыбаюсь и пытаюсь приободрить себя шальной мыслью о том, что мне есть чему гордиться — за всё это время ни один из Братства (ни из Лезвий, ни из Шептунов), не задерживался во дворце больше трёх дней. А я, хоть уже по словам Кирана и Рейнольда практически не являюсь Членом Братства, здесь уже почти целую неделю!

— Тихо ты, а если здесь кто-то есть?! — я озираюсь по сторонам, но вижу лишь книги, да столики из стекла и мрамора, расставленные по центру читательского зала.

Прохожу внутрь книжного хранилища вслед за Джоном. Возле пустующих столиков с кованными канделябрами стоят такие же пустые мягкие кресла. И никого нет. Ни души, ни дуновения ветерка. Только запах старой бумаги, да кружащаяся на свету пыль.

— Здесь обычно никого не бывает, кроме библиотекарей, — подтверждает мои наблюдения Джон. — И то, тех можно встретить только на нижних ярусах.