Книга Отказался от жены? Верни мне мои семь лет, страница 101 – Майкл Скофилд

Где-то в финансовом отделе в тот же период появлялся счет за очередную стабилизационную единицу.

— За что именно получала деньги мастерская? — спросила я. — Ресурс уходил от меня автоматически. Они же не приезжали каждый год в дом.

Дайн ответил:

— Мастерская обеспечивала техническое сопровождение закрытого модуля. Контроль матрицы, обновление ключа, проверку совместимости с актуальной редакцией печати.

— То есть деньги не за сам год жизни.

— Не напрямую.

Я посмотрела на формулировку.

— Но единицей называли именно один цикл ОП-1.

Эйда кивнула.

— Судя по счетам, да.

— А ОП-1 передавал одну стандартную единицу жизненного срока.

— В вашей печати — да.

— Значит, финансовый учет фактически считал годы.

Дайн осторожно сказал:

— Финансовый учет считал технические циклы. Нам еще нужно доказать, что слово «стабилизационная единица» во внутренней системе Палаты означало именно полученный жизненный ресурс, а не услугу мастерской.

Я кивнула.

Правильно.

Раздражающе правильно.

— Есть другие счета?

Он положил вторую стопку.

— Поэтому вы здесь.

В ведомостях были другие номера брачных узлов.

Имена сторон скрыли, потому что у меня не было права видеть чужие данные без отдельного основания.

Но сроки я видела.

Шесть циклов.

Пять.

Семь.

Три.

Один.

Иногда рядом с ОП-1 стояло другое обозначение:

«Медицинская опора. Разовая».

У таких счетов повторных годов не было.

— Это законные экстренные займы? — спросила я.

Эйда ответила:

— Мы проверили два. Да. Отдельное согласие, медицинское основание, регистрация в Королевской Палате, последующий возврат.

Я отложила эти листы.

Очень важная деталь.

Даже здесь нельзя было просто сказать: ОП-1 равен преступлению.

Один и тот же исходный механизм использовали по-разному.

В законной форме человек знал, что отдавал.

В нашей — нет.

Дайн указал на правую колонку.

— Обратите внимание на код назначения.

В законных медицинских случаях стояло:

«М».

В брачных многолетних:

«С».

— Супружеская? — спросила я.

— Полагаем, да. Но пока ищем официальный справочник кодов.

— А у нас?

— ОП-1-С.

Я записала.

Мериса посмотрела на меня.

— Это рабочая заметка или вы уже собираетесь вечером строить собственную классификацию?

— Просто код.

— Хорошо.

Я понимала, почему она придирается.

Слишком многое уже совпадало.

Именно в такой момент человеку особенно хотелось перестать проверять.

Справочник нашли через час.

Не в мастерской.

В финансовом архиве самой Палаты Огненных Союзов, который передали после нового судебного распоряжения.

Там стояло:

М — медицинская стабилизационная единица.

С — супружеская стабилизационная единица правящей или стратегической линии.

Я прочитала определение целиком.

«Учетная единица поддержки огненного ядра в рамках действующего брачного контура, начисляемая после подтверждения годового цикла стабилизации».

— Начисляемая кому? — спросила я.

Дайн перевернул страницу.

— Вот это стало нашим следующим вопросом.

В справочнике была ссылка на отдельный внутренний реестр.

Название занимало половину строки:

«Центральный реестр стабилизационных единиц стратегических огненных контуров».

Келлан сказал:

— Запросили утром.

— Получили?

— Нет.

— Отказ?

— Пока нет. Палата запросила уточнение правового основания доступа.

Мериса тяжело вздохнула.

— То есть через два часа они пришлют вежливый ответ, что реестр закрыт, мы пойдем к судье, завтра получим распоряжение, после чего они его передадут.