Книга Отказался от жены? Верни мне мои семь лет, страница 26 – Майкл Скофилд

Краст вмешался:

— С юридической точки зрения такая компенсация вполне возможна.

— Тогда оставьте возможность взыскать ее после решения, если закон считает нужным. Я сейчас не хочу назначать стоимость дням, которые у меня забрали.

Мериса записала мой отказ.

— Зафиксировано.

Адриан несколько секунд молчал.

— Хорошо.

Я посмотрела на него.

— И есть еще одно.

— Что?

— Я не хочу постепенной «компенсации» вместо возврата.

— Я не предлагал оставить себе часть.

— Вчера спрашивал о других вариантах.

— Потому что врачи еще не знали, насколько опасна процедура.

— Теперь знают?

Адриан положил перед собой заключение.

— Знают больше.

— И?

Он коротко выдохнул.

— Первые единицы, скорее всего, можно вернуть с небольшим риском. Но специалисты хотят сначала определить, какая часть встроена глубже.

— Сколько времени?

— Несколько дней на аудит.

— Тогда через несколько дней мы будем обсуждать порядок возврата.

— Да.

— Всех семи.

— Если подтверждается незаконность передачи — всех семи.

Я посмотрела на него.

— Нет. Вот сейчас мы опять возвращаемся к формулировке, которая мне не нравится.

Он нахмурился.

— Какой?

— «Если подтверждается незаконность». Ты только что признал, что у тебя нет моего согласия.

— Я признал, что не знаю о нем.

— Я знаю. Я не давала.

— Я тебе верю.

— Тогда зачем «если»?

Адриан помолчал.

Его поверенный собирался ответить, но он остановил легким движением руки.

— Потому что я привык говорить так, как требует производство. Не потому, что считаю, будто ты тайно отдала мне семь лет и теперь забыла.

Я смотрела на него.

— Хорошо. Тогда скажи без производства.

Он выдержал взгляд.

— Я верну тебе все, что принадлежит тебе.

В комнате стало тихо.

Он сказал это не громко и не красиво.

Без обещания пожертвовать всем.

Без попытки превратить себя в благородного человека.

Именно поэтому слова прозвучали серьезнее.

Я спросила:

— Даже если последний год окажется частью твоей силы?

— Да.

— Даже если врачи скажут, что после возврата ты станешь слабее?

— Это не мое.

— Адриан.

— Ты хотела ответ без формулировок.

Да.

Хотела.

Но я слишком хорошо знала его, чтобы принимать обещание за исполнение.

— Тогда запишите, — сказала я.

Келлан Вар поднял брови.

— Что именно?

— Добровольное признание права на полную реституцию при подтверждении отсутствия информированного согласия в архиве.

Мериса посмотрела на меня одобрительно.

Адриан почти улыбнулся.

— Ты совсем не изменилась.

— Я пять лет не работала. Это не значит, что забыла, чем обещание отличается от обязательства.

— Записывайте.

Краст Лейн повернулся к нему.

— Вы уверены? У нас пока нет полной оценки последствий.

— Я признаю право на возврат, а не дату одномоментной процедуры. Последствия определят порядок исполнения.

Краст несколько секунд подумал и кивнул.

— Тогда юридически возможно.

Келлан продиктовал секретарю формулировку.

Я проследила за каждым словом.

Не потому, что не доверяла присутствующим.

Потому что снова начинала доверять себе.

После признания долга перешли к аудиту печати.

Здесь разговор стал сложнее.

Исходный брачный узел создавался семь лет назад мастером Палаты Огненных Союзов в доме Реваль. В Королевской Палате хранилась только гражданская копия внешнего слоя и регистрационный отпечаток.

Чтобы понять, откуда появился жизненный перенос, требовался доступ к трем вещам: