Книга Академия Печатей, страница 71 – Ада Николаева

Мы обошли уже семь магазинов. Названия брендов мне ни о чём не говорили, я ориентировали исключительно по манекенам в витринах. Если те были в вечерних нарядах — значит, нам сюда. Однако мне ничего не нравилось, даже не решалась примерить ни одно облачение из широкого ассортимента, пока не увидела приемлемый вариант. Им оказалось милейшее серое с сиреневым отливом платье в пол с рукавами три четверти и v-образным вырезом. Меня подкупала его закрытость и изящность. Никаких обнажённых плеч или голой спины, никакой пышной юбки, никакого тюля и никакой пёстрой расцветки. Лишь ненавязчивый серебряный блеск самой ткани.

— Под него нужны каблуки, — заявила мама. — Ты низенькая, я поэтому тебе всегда пышное и покороче выбирала, но если хочешь…

— Хочу! — перебила её я, уже представив себя в этом наряде.

— Тогда иди, примеряй, — сказала она. — А я пока подберу тебе туфли.

Я согласно кивнула. Мне было не особо важно, что мама выберет, ведь платье длинное и обуви всё равно не будет видно.

Я переоделась и любовалась собой в зеркале, когда она просунула под занавеску выбранные ею туфли. Скажем так, с высотой каблука мама не поскупилась. Я не была уверена, что смогу на них выстоять, тогда она принесла мне другие туфли: серые, бархатные, тоже высокие, но на широком каблуке. Они выглядели намного устойчивее предыдущих, что меня и подкупило.

Из примерочной я выходила осторожно, маленькими шажочками, но когда поняла, что справляюсь, продолжила идти модельной походной, какой нас учила мадам Теоса. Мама аж поаплодировала мне и воскликнула:

— Звезда! — затем почему-то решила спросить: — Тебе кто-нибудь нравится в Оксфорде? Может какой-нибудь английский принц? — подмигнула она.

— Мама! — осадила её я, застеснявшись личной болтовни при посторонних.

— Подружилась с кем-нибудь? — мама продолжила допрос.

— Да, — эту тему я сочла приемлемой, — у меня появилась подруга. Зовут Кристина.

— Имя вроде не английское, — удивилась она, разгладив на платье несуществующие складки.

— Она тоже из России.

— О как! Что у них за программа такая для подростков из нашей страны?

— Со всего мира, — поправила я. — Просто так получилось, что именно с ней я сдружилась. А вообще у нас есть ребята со всех уголков света.

— Здорово, — подытожила мама. — Ну что, берём?

Она развернула меня лицом к зеркалу, чтобы я могла принять окончательное решение. Внимательно рассмотрев своё отражение, начав с головы и закончив подолом платья, я определилась с выбором:

— То, что нужно.

* * *

В воскресенье домой вернулся брат. Он не тратил зря летние каникулы, решил выжать из них максимум веселья и отрывался каждые выходные. Эти он провёл на даче у друга, купаясь в озере и играя на гитаре у костра. Вся его одежда пропахла дымом.

Я была рада его видеть, но только пока он не начал доставать меня своими дурацкими шуточками и приколами. Тогда я поняла, что не так уж сильно по нему соскучилась и убежала в свою комнату, сложить наряд и обувь в саквояж.

Я перебирала между пальцами тяжёлую струящуюся ткань платья, когда ко мне ворвался Лёша, который явно «не договорил». Я и раньше замечала, что чем сильнее брат скучал по мне, тем дольше потом он вёл себя как последний гад. Вот и сейчас ему не хватило уже отпущенных в мой адрес шуточек, душа требовала продолжения банкета.