Книга Шаманка, страница 78 – Марина Комарова

— Вы можете ничего не говорить, — продолжает она, — но это и так видно. Я хочу его спасти.

Повисает тишина. Эйтаро просто молчит, потому что до этого никому не хватало смелости вот так легко сказать подобное в лицо императорскому смотрителю. А у этой пичуги хватает. И смотрит прямо, спокойнo, без тени страха. Словно понимает, что есть нечто куда страшнее, чем он, сейванен Сокол императора.

И она… права.

— В ваших венах течет кровь Шаманов Ночи, — говорит она с такой уверенностью, что впору позавидовать. — Иначе вы бы не смогли оказаться вместе со мной за Вратами.

— Разве? — холодно осекает он её.

Аска резко замолкает, словно проглотив возражение, которое уже приготовила в ответ.

— Ты… Вы не относитесь к племени Шаманов Ночи, но при этом точно так же ходите за Врата.

Он молит всех богов, чтобы девчонка оказалась глупее, чем кажется. Или хотя бы на время растерялась.

— Я — ученица шамана, — отвечает она, снова найдя именно тот ответ, которого он опасался. — Он отдает мне часть своей рёку, связь между нами крепка. А вы смогли перескочить за Врата в одно мгновение.

Аска говорила правильно. И это бесило больше всего.

Она все прекрасно понимает. Кто только надоумил? Джаргал будет молчать до конца. Шичиро, ты, что ли? Ну, достану тебя, потом получишь.

Именно эта мысль заставляет замереть. Эйтаро вдруг понимает, что вообще не задумывается, что не может вернуться в племя. Что не может сделать хоть что-то без помощи, он сейчас даже хуже простых людей, которые никогда не принадлежали к племени.

Α наследница Шенгай продолжает говорить. При этом одно предпoложение немыслимее другого.

— Вы җе знаете Шичиро, — повторяет она. И смотрит так… выжидающе, осторожно и в то же время, будто рассчитывая лучший момент для броска. Так смотрят императорские хеби, когда видят добычу не по зубам, но всё равно готовы рискнуть.

Глупцы в Тайоганори считают, что все императорские хеби исчезли, но это не так. Те, у кого достаточно рёку и крепка связь с природой, прекрасно знают, где их искать. И вот сейчас Аска — охотник, а он — хеби, убежище которого раскрыли.

— Нет! — рубит Эйтаро, и Аска отшатывается в сторону. — Не стоит рассчитывать на меня.

В карих глазах девчонки мелькает гнев, она поджимает губы. Явно не хочет верить услышанному, но потом только кланяется намного резче и отрывистее, чем предполагает этикет, и покидает его комнату. Её шаг больше похож на солдатский, чем на то, как ходят изысканные дамы.

Но обоим плевать.

Это «нет» до сих пор звучит в ушах Эйтаро.

— Ты хоть слово скажешь? — поинтересовался Сант, отбирая стакан и подливая в него из нефритового чайничка. — Или нам выйти, пока ты что-нибудь ещё разгромишь?

Эйтаро резко выдохнул, щелкнул пальцами, прикоснулся к серьге, словно она была камнем силы. Всё к цуми. Сейчас нужно собраться с мыслями.

— Аска Шенгай, — произнес он. — Она видит вещи, которые не должна была бы. Слишком юная, слишком неопытная.

Ордо сложил руки на груди и откинулся на спинку стула.

— Это может навредить выполнению нашего задания?

Эйтаро задумался, мотнул головой:

— Нет. Она хочет уничтожить шахты, это правильное решение.

— Откуда такая уверенность? — нахмурился Сант.

— Уверенности нет, — спокойно ответил Эйтаро. — Но наследница говорит это с таким видом, словно лично вытащила оттуда все серебро своими руками.