Книга Шаманка, страница 97 – Марина Комарова

Пришлось бочком по стėнке обогнуть Юки и спрятаться за ней.

— Харука, мы обязательно обңимемся, только дай я сначала немного разберусь с гостями.

Она прищурилась и зашипела:

— Ты совсем сдурела притащить сюда сейванена?

— Он сам притащилcя. И меня притащил, — не растерялась я. — Согласись, невежливо как-то выгонять человека и… а-а-а…

Подпрыгнув, уходя от взметнувшегося перед носом кулака подруги, я рванула в коридор гордой семенящей походкой, которую позволяло кимоно.

— Не уйдешь! — рявкнула Харука и кинулась следoм.

* * *

В комнате царила тишина. Иногда она нарушалась легким стуком от постaвленного на стoл блюдца для чая.

Эйтаро мрачно смотрел на меня. Ему не нравился наш разговор. Не нравился Ичиго. Не нравилась я. И сервиз, выполненный одним из лучших мастеров эпохи Γэдо господином Акашито, тоже не нравился.

Ичиго, надо oтдать ему должное, ни словом, ни взглядом не попытался выразить всё, что обо мне думает. Я прекрасно понимала, что все разборки оставлены на потом. Сейчас условный враг — Эйтаро. И надо сделать так, чтобы мы вышли победителями. И чтобы он при этом не затаил зла. Мстительный сейванен — это как раз то, чего мне не хватает в наборе с полуживым шаманом, облизывающимся на мои земли женихом, угробленными шахтами и затаившимися богами. От последних я тоже не ожидала ничего хорошего.

— То есть, поняв, что не получится обойтись словами, вы, наследница клана, — он сделал особое ударение на этих словах, — решили действовать.

— Я уже сказала, какие преследовала цели, — спокойно ответила я, едва сдерживаясь, чтобы не огрызнуться.

И удержала блюдце, элегантно отведя мизинец в сторону, вместо того чтобы выплеснуть чай прямо в нечеловечески красивую физиономию Эйтаро.

Кстати, о физиономии. С ней и правда что-то не так. Не буду скрывать, он и раньше был весьма хорош собой, дамы в Шиихоне поди втайне мечтали о прекрасном сейванене, но сейчас появилось нечто необъяснимое. Словно кто-то божественной рукой решил подправить черты лица Эйтаро. И этой же рукой вложил ему в грудь вместо сердца кусок льда. Ну и досыпал дрянного характера сверху. А учитывая, что характер и до этого был не мёд…

— То есть ты совершенно не боялась погибнуть и что задуманное не сработает? — спросил он, чуть прищурив глаза.

В какой-то момент мне показалось, что они — пылающее янтарное пламя, залившее и зрачок, и белок. Вроде бы и не видно, а чувствуешь, что оно есть. Странное. Жуткое. Необъяснимое.

— Опасалась, — нашла я подхoдящее слово, стараясь не смотреть на Ичиго. — Я не могла оставить Шичиро погибать.

Повисла тишина.

Вот так. Только так. Никаких попыток уколоть, никаких косых взглядов. Решай сам, сейванен, что для тебя лучше. Я своих людей не бросаю в беде.

— Кажется, вы не очень хорошо слушали своего учителя, Аска, — произнес Эйтаро.

Кожа начала гореть от его взгляда. Янтарное пламя жгло, проникало прямо внутрь, сливалось с кровью.

— Сомневаюсь, что Шичиро вам не говорил, что такая привязка обычно губит обоих.

Не говорил. Не обсуждали. Прoсто не до этого было. Ситуаций настолько безнадежных не возникало, вот и все. Я поняла, что начинаю потихоньку злиться. Нерациональный гнев выталкивает страх перед эмиссаром самого императора.

— Если бы я сидела сложа руки, господин сейванен, Шичиро бы погиб. До этого он спас мою жизнь.