Книга Мастер, страница 91 – Марина Комарова

Ещё немного и меня вывернет. Глубокий вдох. Сосредоточиться. Не смотреть на неподалеку торчащую из земели руку с обломанными ногтями.

Да уж. У них тут не соскучишься. Каждый раз, когда приходится иметь дело с каким-то психом в нечеловеческом обличии. Временами, конечно, кто-то из них вселяется в людей, но потом всё равно большое здрасте.

Я стояла рядом с Дайске. Удивительно, но со мной, по сути, монстр, но страха не ощущалось. То ли ко мне самой уже сумасшедствие подбирается со всех сторон, то ли уже ничего не пугает.

Хм, любопытно, почему? Дайске — знакомое зло? Или не такое уж и зло? После увиденного хромое рогатое существо с кривой улыбкой на красивых губах уже даже ничего. Уже пойдет.

— У него есть слабые места? — спросила я, понимая, что надо думать о деле, а не о том, как Дайске опирается на горящую чудовищную косу будто на костыль.

Мой спутник задумался, после чего медленно произнес:

— Мирунгша считает, что его незаслуженно обидело мироздание. В прошлом на него все засматривались из-за красоты. После всего проклятия превратили его в развалину. Он отравлен ненавистью к людям и своим бывшим соратникам. Но в то же время порой происходит что-то с его разумом, и он начинает служить потомку Карана, выполняя все его приказы. Ровно до того момента, как вспомнит, что всё связанное с Караном он ненавидит. И тех, кто был рядом.

— Значит, и тебя тоже? — спросила я, отбросив все церемонии. И правда, тут все свои.

Дайске улыбнулся, повернул ко мне голову. В черноте глаз плескалось веселье. Потребовались все силы и контроль, чтобы не шарахнуться в сторону. Пусть он не творит то, что Мирунгша, но кто знает, что спрятано в этой рогатой голове?

— И меня тоже, Аска, — улыбнулся он. — Но не может достать.

— Не твой, вот ты и бесишься, — пробормотала я.

— Всегда одобрял твое отношение к ситуации, — хмыкнул Дайске, ухватил меня за руку, заставив вскрикнуть и потащил за собой. — Ну пошли, что стоим, как чужие? Мирунгша-а-а!

«Идиот! Придурок! Скотина! — чуть не заорала я, но кожу так жгло, что язык на время отнялся. — Что ты творишь?»

Если до этого можно было надеяться зайти беззвучно и использовать эффект неожиданности, то Дайске все испортил. Скучно ему, что ли?

На морде вон ни капли раскаяния. Ещё и эта коса пышет огнем, искры так и летят в мою сторону. В какой-то момент я не выдержала и закрылась рукавом.

Не подведи меня, маленькая безрассудная кобра.

В следующую секунду я поняла: осталась одна, а Дайске исчез в неизвестном направлении. Сволочь. Впрочем, на другое рассчитывать было глупо.

Осторожно вытащив катану из ножен, я двинулась вперед. Земля под ногами неприятно пружинило. Казалось, что под ней находится что-то живое и дышащее. Ещё шаг — и ничего не останется.

Деревья тут почернели словно после огромного пожала, все ветви скрючены, листвы нет вообще. Только дикое для осознания сооружение, которое даже сооружением не назвать.

Чем надо вообще думать, чтобы творить такое? Как работает голова того, чей разум уничтожен проклятиями?

Стоит после всего хорошенько поискать, что именно вызывали Кодай-но, что стали… такими. Вцеплюсь в Сацуджиншу изо всех сил и не отпущу, пока не получу ответы на вопросы. Потому что если такая дрянь вырвется у нас, то тут уже обычными знаниями школы Годзэн не отделаешься.