Книга Мастер, страница 95 – Марина Комарова

— Один ты умный, — вдруг раздался рядом голос в сопровождении шелеста вынимаемых из ножен мечей.

Скосив глаза в сторону, я увидела возникшего из ниоткуда Сацуджиншу… Кровь. Теперь со зрением Дайске ясно, что не зря у него это прозвище. Кровь покрывает его от макушки до воображаемых пяток. Она течет толчками из изуродованного живота. Заливает все вокруг. За ним даже протянулась кровавая дорожка.

Мирунгша склонил голову к плечу, раздался жесткий треск, словно что-то ломалось. Насмешливо искривил то, что осталось от губ, в улыбке.

— И ты здесь. Даже хорошо. Сдохнешь сегодня.

Сацуджинша ощетинился мечами, но в следующий момент ухватил меня прямо в нутро гнезда из мертвых тел. После чего под мой вопль прыгнул следом.

Поначалу показалось, что я вовсе позабыла, что такое дыхание. Странный запах вползал через ноздри, не давал нормально жить. В первую секунду был ужас, что я просто умру, но потом дошло, что зловония, которое должно идти от трупов, нет. Что-то странное, но не приятное, но не смертельное.

— Проклятия, — коротко сказал Сацуджинша, вытирая один из мечей пучком листьев, которых тут оказалось предостаточно.

Видимо, когда Мирунгша забирался в гнездо, затаскивал на себе всё, что цеплялось к его шкуре. Хм, на мече Сацуджинши что-то тёмное.

— Пришлось пробиваться с боями? — спросила я первое, что пришло в голову.

— Оммёдзи, которого вы ошибочно посчитали мертвым, был тоже пленен Мирунгшей. Именно его ритуалы и привлекли, кстати, проклятую натуру. Он пытался помочь своему господину, но… не получилось.

Я подняла взгляд. Если не думать о том, где ты находишься, то не так страшно. Похоже вообще на какой-то туннель. Главное, не вздрагивать, когда нога становится на что-то мягкое.

Все тела каким-то образом задеревенели, удерживая форму. Проклятая-проклятая рёку Крылатых. Я даже не могу определить, как именно это сделано. Они и правда владели знаниями, до которых нам пока не допрыгнуть. Но это такое…

— Почему он не нападает? — произнесла я, глядя вход.

Мирунгша даже не попытался подойти. Весьма странно. Ведь если в твой дом вошёл враг, то ты наоборот будешь делать всё, чтобы его выкурить оттуда. Или же прибить прямо там, потому что свою территорию знаешь лучше другого.

Сацуджинша улыбнулся.

Нет, не надо, перестань. Так ещё хуже, чем когда на меня просто смотрит искореженное лицо. Удивительное дело, но улыбка всех пострадавших от проклятий Кодай-но превращает воистину в чудовищ. Вспомнить Плетунью и Дайске. Просто они улыбаются, а ты понимаешь — конец тебе. Спасибо Ошаршу, что не пытался лыбиться своей змеиной мордой. И Трёхрукому, что в принципе не маячит возле меня.

— Поверь, мы здесь в укрытии понадежнее, чем во всех укромных уголках Тайоганори, — сказал Сацуджинша.

— Разъясни, — потребовала я.

— Дом — священное место у Крылатых. Чудным образом в больном мозгу Мирунгши это сохранилось, иначе бы мы тут не стояли.

Потребовалось несколько секунд, чтобы осознать сказанное.

— То есть дома убивать нельзя?

— Это оскверняет жилище. Неприятеля нужно любым способом выманить. Труп врага может быть на пороге, но никак не в самом доме.

Я подула на разметавшуюся чёлку. Нет, к цуми всех Кодай-но с их шизанутыми порядками. Осквернять это? Да само это гнездо из тел несчастных само по себе лютый ужас.