Книга Я у мамы зельевар. Держись, столица!, страница 22 – Марина Комарова

Спустя секунду донесся дикий мяв, и Муррис на скорости вылетел прямо на меня, запрыгнув на руки.

— А-а-а, помогите! Ядвига, спаси! Там… там…

— Там всего лишь мортальные силы, — хмыкнул Айварас, движением руки убирая «медузу». — Фамильяр ещё, боишься таких элементарных вещей.

Муррис ощерился:

— Я — фамильяр нормальной ведьмы, а не какого-то некроманта.

— Ну с нормальной ты явно погорячился.

Муррис тут же насупился, глянул на меня, мол, будем его бить или нет? Потом сообразил, что всё же оказался в моих руках и тяжело вздохнул.

— Не стоит реагировать на слова всех подряд, — невозмутимо произнесла я и мягко нажала на влажный нос Мурриса. — Если обижаться на каждое из них, то просто не будет времени на всё остальное.

Я посмотрела на Айвараса.

— Спасибо. Ты тут как, по делу?

Он поколебался, словно не зная, что именно ответить. Что… Айварасу нужно для ответа больше, чем три секунды? Воистину творятся дивные дела в Кошачьем переулке. Обычно прямо от зубов отлетало, он даже не забывал улыбнуться так, чтобы можно было ослепнуть. А тут…

Он поставил передо мной белый бумажный пакет с ярко-красной эмблемой.

— Да, Ядвига, у меня просьба: можешь это передать Раде?

— Могу, — кивнула я. — А почему сам не передаешь?

— Дела, — коротко ответил он, и пока я пыталась сообразить, почему именно, Айварас был уже у выхода. — Хорошего дня! Пани Василине привет!

— Айварас! — крикнула я.

— Смылся, — удовлетворенно произнес Муррис. — Слава Златовласой, что и зеленую свою гадость забрал с собой. Кстати, Ядвига, в следующий раз давай договариваться, а не сразу подло вступать в сговор с некромантами?

Я хмыкнула:

— Ты первый начал, поэтому теперь не изображай из себя оскорбленное достоинство.

Кот хотел было что-то сказать, но потом явно передумал. В данном случае я права по всем статьям, поэтому лучше не выпендриваться.

Прижимая к себе Мурриса одной рукой, я спрятала пакет для Рады, как вернется с пани Василины с рынка, так отдам. А пока что…

— Дорогой мой Муррис, готов ли ты отдаться в мои нежные руки во имя науки и грязного обогащения?

Кот уже собрался было принять позу, но тут раздалось хихиканье Бунжика. Сифиздилла сделала вид, что её это и вовсе не касается, а Жужа живенько зашуршала за нами. Потому что моя метла — натура интересующаяся!

В итоге ушло около сорока минут, чтобы засунуть Мурриса в формовой гель. Он совершенно безвреден, на шерсти не остается, но кот свято уверен, что я собралась его убивать.

Он царапался, кусался, призывал на мою голову все кары небесные (в том числе почему-то и про шерсть, которая не должна быть мягкой и шелковистой) и… короче, всячески и напоказ страдал.

При этом печалью для него был не гель, а миска с теплой водой, в которой я отмывала своего фамильяра.

— Спасибо, шерстью богиня не наградила, — выдохнула я, заматывая его в полотенце в цветочек.

— А это рыжее что? — ехидно вопросил он.

— Волосы, — спокойно ответила я.

Уф, тяжеленький. Кто-то стал жрать в два раза больше с тех пор, как мы перебрались в столицу. Объяснял это тем, что тут очень много неизведанного, поэтому надо как можно быстрее всё изучить. А на изучение уходит много энергии!

— Волосы — это тоже шерсть, — не растерялся он. — Кстати, Ядвига, если захочешь, чтобы у тебя родились рыжие котята, то очень тщательно подходи к выбору их отца, дабы не попортил окрас.