Книга Луна и драконы, страница 80 – Марина Комарова

— А последнее тут при чём?

— Ну, знаешь, кругом полно красивых мужчин, почему нет? – пожал он плечами.

Ощущение, что не осуждает, но просто такое поведение очень помешало бы делу.

— Так не до этого!

Солнцеглаз с интересом посмотрел на меня:

— И это мне в тебе нравится. Поэтому слушай. За свекровью твоей присмотрят, тут помогу. Что же касается Вонграта Накхона… Видишь ли, Сойлинг, я не уверен, хочу ли, чтобы империя была в том виде, в котором она пребывает сейчас.

Солнцеглаз начал растворяться в воздухе, сверкая жёлтыми и белыми огнями.

Мне подурнело. То есть… В смысле…

— Нет! – крикнула я, кидаясь к нему. – Подождите! Что мне делать?

— Решать тебе, императрица Исан. Всё в твоих руках.

Через секунду я осталась одна, и только ветер за окном шелестел листвой, словно в насмешку надо мной.

Пожалуй, это был первый раз в моей жизни, когда я совершенно не знала, как поступить.

— Меня укачивает, – мрачно оповестил Ла-гуа. – Они всё же везут императрицу, а не мешок с рисом. Нельзя, что ли, поаккуратнее?

Мы проделали уже половину пути, но ему практически сразу ничего не понравилось. И всё это время Ла-гуа гундел, что можно было бы и карету понаряднее, и лошадей побыстрее, и сопровождение позатейливее.

В то время как мне самой было на это всё откровенно плевать. Едем? Отлично. Значит, у меня есть время сосредоточиться и подумать о том, как быть дальше.

Я прекрасно понимала, что решение надо принимать на нейтральной территории. Скажу, что земли отходят клану Серебряного риса – зло затаят Алые молнии. Отдам Алым молниям – Серебряный рис не простит. Если окажется, что первые приукрасили ситуацию, то потакать нельзя. Если потеряли страх вторые, то тоже нельзя закрывать на это глаза.

Я тяжело вздохнула. Голова просто идёт кругом. Надо найти решение, которое обезопасит меня, но при этом даст обоим кланам понять, что со мной надо считаться.

Ла-гуа пощекотал меня лепестком за ухом.

— Сойлинг, ты меня вообще слышишь?

— А? Что? – встрепенулась я.

Пока Тийа ехала вместе с кучером, я оставалась наедине с собой, поэтому запросто могла тихонько говорить с лотосом.

— Я говорю, что ты там собираешься делать? Ведь это же вотчина Пайтун. Неужто не попытаешься узнать что-то полезное?

— В плане, какое нижнее бельё она носит?

Ла-гуа засопел. Кажется, будь возможность, он бы отвесил мне подзатыльник. Однако физические возможности не позволяли лупить бестолковых императриц, поэтому приходилось использовать другие способы.

— Сойлинг, подумай. Вонграт в опасности. Но он был близок с Пайтун. Возможно, она знает что-нибудь полезное.

— Может, и знает, – сказала я, так как уже думала об этом. – Но я не уверена, что она согласится делиться этим со мной. Я же для неё пусть не прямой враг, но точно соперница.

— Однако если она его любит, то должна помочь, – разумно сказал Ла-гуа.

Я ничего не ответила. Кто знает, что такое эта любовь? Одно дело – любить успешного, красивого, богатого, и вообще императора. Другое – если он это всё потеряет. Истинные чувства Пайтун мне неизвестны, поэтому их стоит осторожно прощупать.

Мы остановились. Ко мне заглянула Тийа.

— Госпожа, не хотите подышать свежим воздухом? Сейчас напоят лошадей, мы двинемся дальше.

Я взяла веер и с помощью служанки вышла из кареты. Тут, кстати, для неё было какое-то заковыристое название, но мой мозг напрочь отказывался его усваивать. Поэтому я обходилась определениями попроще.