Книга Мертвые берут наличными, страница 4 – Дана Арнаутова, Марина Комарова

Вопросом, как он понял, это не было. Замигала иконка привата, показывая, что абонент на том конце вышел из чата.

Джувон посмотрел на оплаченные, но не использованные пятнадцать минут, и понял, что ему точно нужен перерыв. На вторую чашку кофе, а может, и на бутылочку соджу, не дожидаясь похода в бар. Пить на рабочем месте — последнее дело, он никогда не понимал коллег, что гадают под алкогольными парами, а то и под чем покрепче, но раньше у него и клиентов таких не попадалось. Двадцатый этаж, окно… Может, права была тетушка, и стоило подавать документы на юридический?

Ли Ёнчжу обратил на нее внимание еще в коридоре: женщина двигалась быстро, старалась не смотреть по сторонам, но в каждом её шаге чувствовалась неуверенность, будто она пришла не к врачу, а в суд. Что ж, не сказать, что экзотическая картина. Не все пациенты готовы уложить в голове поход к психиатру. Особенно в первый раз.

Он прошел в кабинет и вежливо придержал дверь.

— Проходите и присаживайтесь, госпожа О.

На сегодня больше не было записей, так что с именем сложно промахнуться. Ёнчжу указал на кресло у своего стола и сел сам.

О Чжонсу села, пальцы вцепились в ремешок сумки, плечи под деловым костюмом напряглись. Он видел это множество раз: люди приходят не за таблеткой, а за тем, чтобы их не осудили. Хотя бы.

— Вы можете начать рассказ с того момента, как вам будет удобно, — спокойно сказал Ёнчжу и добавил: — С любого момента.

Многословным он не был, но каким-то образом получалось расположить к себе пациентов именно этой бархатной тишиной, которая всегда возникала, когда он показывал, что готов выслушать.

— Он снова появился, — без предисловий сказала О Чжонсу.

Ёнчжу не изменился в лице, но взгляд постарался сделать внимательнее.

— Я знаю, как это звучит, — продолжила она. — Но он стоит у двери. Каждую ночь. Он… не человек. Это что-то другое. И я знаю, что он меня ненавидит. Высокий, худой. На нём что-то вроде старинного белого ханбока, грязного и рваного. Кожа… как пергамент, серо-синяя, как у… как у утопленника. Но самое страшное — глаза. Чёрные. Похоже на провал. Смотришь — и он будто тебя забирает туда. Я слышу его, даже когда он не появляется. Он дышит. И показывается в зеркалах.

Ёнчжу отметил про себя отсутствие предварительного смущения, рассказ устремился сразу вглубь. Значит, страх немалый. Не типичная тревожность. И не похоже на спонтанную фантазию. Едва заметно склонив голову, сделал пометку в рабочем блокноте. Женщина говорила достаточно спокойно. Без истерических ноток. Присутствовали ясность, отчётливость, внутренняя логика. Классические признаки фиксации.

— Когда вы начали его видеть? — спросил он, поднимая взгляд.

О Чжонсу задумалась:

— Два месяца назад. Знаете, доктор Ли, вчера я думала, что сойду с ума. А сегодня встала с кристально чистым разумом и поняла, что таролог был прав.

— Таролог? — впервые за все время удивился Ёнчжу.

— Да. — Она чуть нахмурилась. — С сайта «Дом Солнца, озаряющего душу». Как же его звали… А, Ким Джувон. Он сказал, что я должна обратиться к специалисту. К кому-то вроде вас. И рассказать вам всё.

Ёнчжу ничего не сказало названное имя, только удивила, пожалуй, сама ситуация. Экстрасенсы к нему клиентов еще не направляли! Честный таролог? С ума сойти. Хотя при его специфике работы такими пожеланиями лучше не разбрасываться. Он положил ручку на стол, посмотрел на женщину: