Книга Сбежавшая от бога, страница 17 – Марина Комарова

Единственное, о чём я успел подумать, прежде чем провалиться в беспамятство, что не стоит гулять по пустыне без оружия и не следует болтать с существом, тело которого утыкано шипами. Не к добру это…

— Прости, иномирянин… — проскрежетал где-то совсем близко голос скорпиона, и в последний раз сверкнули мёртвые огни чужих глаз, ослепляя перед тем, как сознание растворилось в кромешной тьме.

Звук был каким-то странным и монотонным. Он то нарастал, то вовсе затихал. Какой-то сплошной дикий минор, вздыхающий и протяжный. Самым неприятным был тот факт, что эти минорные вздохи и стоны издавали не живые существа, а ветра, песок и скалы.

Долина поющих песков встретила нас неприветливо — пронзительными вскриками и жалобным плачем развевавшихся по ветру огненно-цитриновых песчинок. Словно была недовольна тем, что мы посмели потревожить покой древних забытых мест, о которых лучше забыть человеку. И другим живым существам тоже. Здесь песок напоминал море — тяжелое, мрачное — его волны схожи с расплавленным золотом, оно медленно перекатывает их под дыханием знойного ветра.

Мне позволили ехать на отдельном миоре. Точнее не мне, а нам — впереди сидела Алиайта и, прижимаясь спиной к моей груди, опасливо посматривала на скорпионов, сопровождавших нас на пути в Кхаарант. Сопровождение это больше походило на вооруженный конвой, однако выбирать не приходилось. При нападении на кхааров меня и девушку парализовали, однако убивать не собирались. Как сказал Йурдаг, тот товарищ, который со мной «общался» во время схватки, смерть нельзя убить. Это, безусловно, обрадовало. Однако, как я понял, всё равно никаких радужных перспектив нам не предвещало. Меня, судя по всему, записали в негласные служители смерти, поэтому причинять вред тоже не рисковали. Но при этом больше ни за что ручаться я не мог — ведь это лишь мои догадки.

Скорпионы взяли в плен большинство кочевников. Те, кто не шёл в рабском караване вслед за ними, навсегда остались в песках мира за потерянной границей. Про участь Инсаха я не спрашивал, однако из разговора наших сопровождающих понял, что кхаарский вождь пал смертью храбрых. Выяснять, как именно и при каких обстоятельствах, я не рискнул.

После захвата пленников скорпионы выделили небольшую группку своих (если по их меркам двенадцать скорпионьих представителей — маленькая группка, то в таком случае я — тролль в рейтузах) и дали им задание доставить нас в Кхаарант. Хотя, скорее всего, не доставить, а проследить, чтобы мы никуда не сбежали. Зачем нас тянули в город-призрак, лично для меня оставалось загадкой. Кстати, тут была одна поразительная вещь.

То, что было для кхааров сказаниями и мифами, для их соседей скорпионов оказалось страшной реальностью. С одной стороны, меня совершенно не радовало, что нас везут в город смерти, пусть даже и не совсем настоящий. С другой — особо не сопротивлялся, так как теоретически Кхаарант лежал на пути к той точке, откуда мы с Алиайтой благополучно доберёмся домой. А там я передам всё, что сказала мне Саламрад о парне с цепью из адского мира, и пусть уже наши сами ломают головы, что делать с этой информацией.

Йурдаг что-то проскрежетал своему миору и внимательно посмотрел на меня:

— Откуда ты пришёл, Шагадар?