Книга Ведьма на выданье, страница 32 – Марина Комарова

— То есть висящая в воздухе рука совершенно ни разу не повод нервничать, — проворчала я, допивая кофе.

Кажется, за время нахождения в Львовише я выхлебала его больше, чем за последнюю неделю. Но что поделать, если он сумасшедше вкусный, совершенно не похожий на растворимую лабуду, которую приходилось пить на работе и дома.

Войцех фыркнул. Свеча оказалась перед моим носом. Невольно дернувшись, я высказала всё, что думаю про призрака-дворецкого.

Только на этот раз он громко расхохотался, а Дорота смущенно уточнила:

— Не призрак, Алиночка, а блуждающий огонек.

Учитывая, что Войцех был бородат, широкоплеч и ростом с метра два, «огонек» из него был так себе. Если такого встретишь в подворотне, то потом всю жизнь будешь жалеть, что не сидел в тот вечер дома.

Хоть на улице было чудесное утро, шторы пришлось задернуть, потому что на свету Войцеха не было видно.

Оказывается, блуждающих огонек виден только в темноте. Во всяком случае, в относительно человеческом виде его можно разглядеть только в полумраке и темнее. Здесь он служил дворецким уже добрых двадцать лет. Всю биографию я пока не переварила, но уяснила, что Войцех — нечто вроде местной нечисти и прекрасно видит всё, что происходит в доме. Поэтому мой побег не остался незамеченным.

Он сидел на диване, в темных глазах плясали смешинки.

— Прекрасная панна, ты же меня видела два раза только за вчерашний день. Когда в коридор вышел Горневич и перед выходом из комнаты. Чему так удивилась?

— Память у меня дырявая, — буркнула я. — И это не фигура речи.

А ведь и правда видела. Да и упоминался уже он то ли домоуправительницей, то ли Бециком ещё в лекарне.

Дорота только покачала головой и сделала какой-то жест. Войцех тут же нахмурился.

— До сих пор никак не придешь в себя? — наконец-то уточнил он.

Я пожала плечами, соображая: стоит ли им рассказывать про пани Валевскую?

С одной стороны, кто его знает, как они отнесутся к услышанному. С другой… мне позарез нужны сообщники против той же Виславы и её сестринского клубочка змей. Поэтому всё выложила всё, что знала.

Некоторое время оба молчали. Дорота только коротко ахнула, когда история была озвучена.

— Какой кошмар, бедная девочка…

— Думаю, она что-то знала, — пробасил Войцех. — Неспроста это всё.

— Конечно, неспроста, — мрачно заметила я. — Человек решил покинуть этот мир. Такие решения не принимаются из-за того, что укусил комар.

— А комары тут большие, — подал голос Бецик, тем временем наворачивающий сочную грушу.

И где только раздобыл? Кошмар, этот фамильяр всё время что-то жрет! С ним нигде нельзя появиться! Правда… не оставит меня голодной, если что. А полный желудок с моей точки зрения куда важнее солидного общества.

— Мне не нравится Горневич, — вдруг произнес Войцех, сложив руки на массивной груди. — Он умен, опытен, расчетлив и жутко самоуверен. К каждому пальцу у него привязан поводок с любовницей. Женским вниманием не обижен. И тут явился по первому зову…

Я задумчиво глянула на Войцеха. В темных глазах ничего не прочесть, только сердце чувствует: переживает за меня. Как и Дорота. Вот просто по-человечески, как за неопытную девчонку. А то, что Войцех ни разу не человек, так это не играет роли. Тут ещё, кстати, вопрос: человек ли Дорота?

— А кто нравится? — брякнула я.