Книга Терра. Часть 1, страница 216 – Маргарита Боулес

— Подбери диадему, демон, и чеши за мной, – скомандовал он.

«Какого Иблиса[1]? Он. Командует!» – хотелось кричать мне, не знаю, как промолчал. Мы перенеслись на Пик Времен, а следом бегом ринулись в его спальню, потому что переместиться туда я никак не мог, не зная координат. Я увидел Мелиссу на его кровати в бессознательном состоянии. Ее тело била дрожь, и распахнутые глаза заволоклись кровью.

— Лиссаэль?! – из моей груди вырвался мощный рев, который заставил трескаться камни. Спальня дьявола, высеченная внутри скалы, едва не осыпалась нам на головы и не замуровала всех троих живьем. Я вовремя собрался, заметив крен опорных стен.

— Сколько?

— Три сотни.

Обхватил ее руками за виски и проник под кожу, в самую душу, в глубины сознания. По крупицам уничтожал нити тьмы, тек по венам, проникал в органы и выпивал зелья сам, и так триста раз, круг за кругом. Забирал все себе, что предназначалось ей. Я был готов сдохнуть, только бы не потерять ее, и выпил бы все яды, если бы мне дали выбор: она или я. Всегда она, моя девочка с фиолетовыми глазами и белоснежным облаком волнистых волос.

«Прости, что сомневался в твоей любви, Лиссаэль. Прости, что столько лет мучил нас, прости, что боялся и ревновал. Меня ослепила эта ревность. Страх потерять тебя оказался сильнее разума, и холодный рассудок обволокло алым гневом».

Яды могли уничтожить ее не только физическое, но и психическое здоровье. За последнее я опасался сильнее всего, но я кое-что сделал после нашей глупой попытки прорваться на Небеса и, наверное, это и спасло ей жизнь.

«Не сдавайся. Ты должна жить, Лисса».

Когда я отпустил ее, Мелисса все еще была слаба, даже после моего вмешательства. Меня тут же вырвало рядом с кроватью, из глазниц сочилась вязкая черная кровь, и все плыло, мой разум раскачивался на волнах штурмующего океана заполненным не водой, а ядами: Люцифер двоился и расшатывался, стены двигались и кишели змеями. Я никак не мог поймать штурвал собственного корабля, скользил по мокрым бревнам, заваливался то в одну сторону, то в другую, а на борт вливались кислотные волны, ударяли безжалостным потоком.

— Ты забирал Аиррэля для нее? – прохрипел я. Ощущая, как кто-то раздирает мое горло на части.

— Да.

— Я приглашал даже Мумиэля. Он удивился, что Лисса еще жива.

Я провел рукой над ее телом и на ее ключице проявилось черное перо. Люцифер распахнул глаза.

— Ты отдал ей свою суть? Когда? Она знает?

— Нет. Я выпил яды – кх-кх, – зашелся в кашле я, сгибаясь по полам. Перед глазами расплывалось белое пятно. – Она чис…– кх-кх —…та и слаба —кхе-хе. Ее ни то, – кхе-кх-х – что двигать – кх-хм —, даже прикасать…– кх—…ся лишний раз нельзя – кх-хе-кх. Это была временная печать – кх— ради ее защиты.

— Без ее согласия ты не имел права клеймить ее собой.

— Я пытался – кх-х – спасти ее! – Я не стал объяснять, что она распадалась на моих руках после Горы Забвения. Вновь провел ладонью над ее телом, прошептал заклинание и вернул себе суть: перо заискрилось и вошло в меня через запястье. Сейчас я нуждался в силах, да и Люцифер прав, Лисса могла разозлиться за мое своеволие. Теперь ее жизни больше ничего не угрожало.

Я содрогнулся от приступов кашля, по ощущениям мои легкие заимели собственный разум и решили свалить в закат, кинув напоследок лишь «arrivederci». Едва совладав с убийственным приступом, вытер слюни с лица и пытался концентрироваться, не поддаваться позывам.