Книга Терра. Часть 1, страница 6 – Маргарита Боулес

— Изначально я не верила в беременность Алексы. Видела в этом фарс и продуманную махинацию. Вот не верила и все, но живот начал расти, и сомнения отпали. У Алексы беременность протекала с осложнениями, начались преждевременные роды на шестом месяце. – Она посмотрела на меня без эмоций. – Ребенок не выжил. Трагедия. У них начался тяжкий период: Алекса убивалась, рыдала, чуть руки на себя не наложила, поэтому о Марке я забыла и не вспоминала. Мы стали реже видеться, и слава Богу! Правда, иногда накатывала тоска, обида. Марк утешал жену – это и понятно, хоть он и не любил ее. Нелепость. И знаешь, в какой-то момент я думала, что это знак, – слова прозвучали шепотом. – Что им лучше разойтись. Время шло, ничего не менялось. Иногда Марк приходил, обещал, что подаст на развод, потом вновь жалел жену, тянул лямку и до сих пор тянет. Так и живем.

— Ты его любишь?

— Не знаю, Скай. Веришь? Не знаю. Я устала. – Она говорила искренне и потерла виски, видно было, что Лиз выдохлась. – Марк должен разрулить все сам. Жить с нелюбимой всю жизнь – приговор похлеще моих страданий, а ей, думаешь, легче? Потерять ребенка, жить с тем, кто ее не любит? Что он к ней испытывает – жалость? Жалость – не любовь. Не знаю, чего добиваются такие женщины? Заставляют жениться, шантажируют ребенком. Будет ли ребенок счастлив в несчастливом браке? А что потом их ждет? Рано или поздно они разведутся, а я не хочу становиться причиной. Сами должны понять, что были неправы оба. Она, молодая и красивая девушка, потеряет молодость с тем, кто бегает к другой. Это счастье? Семья? Чушь собачья! А их родители – имели ли они право вмешиваться? Заставлять играть свадьбу? Что за пережитки?

Пока подруга изливала душу, она не проронила ни слезинки, а я все гадала, отчего такая красотка настолько невезучая?

— Ты права – не имели, Лиз.

— Знаешь, моя бабуля так бы отходила этих везде лезущих не в свое дело родителей, мало бы им не показалось, – поразмыслив, добавила она.

— Зная твою бабушку, – я приподняла бровь, и мы заливисто засмеялись. – Отпусти его, Лиз. Вы мучаете друг друга.

— Так я отпустила. Он не может, мечется, ищет встреч. Говорит, что мы – друзья, ему нужен мой совет, а какой совет я могу дать? – Она пожала плечами и откинула волосы назад, на ее глазах заблестели слезы.

В итоге моя мама добилась того, что спустя час мы рыдали в четыре ручья. Я была не одна в своем горе, Лиз переживала собственную драму, а потом слушала меня и мою историю, конечно более приземленную версию, но так или иначе она узнала все.

Подруга задавала вопросы, на которые я не сразу смогла ответить и лишь пожимала плечами, оставляя недосказанность и ограничиваясь общими фразами. Мама нашла нас зареванными и убитыми, принесла по кружке горячего шоколада с маршмеллоу и осталась выслушивать наши сопли. Не знаю, как мы еще не затопили мой дом слезами?

— Значит, ты вышла замуж? – Она смотрела на меня с осуждением и обидчиво поджала губы. Схватила меня за руку и посмотрела на кольцо, поднесла ближе к лицу. – Шикарное! Его подарок? И меня на свадьбу не пригласила?

— Прости, все случилось так быстро. Аир сделал сюрприз, а я не ожидала.

— Не пойму, почему ты плачешь? Почему вы не можете быть вместе?

— У него долг.

— То есть он не готов ради тебя на жертвы? Работа – не самое важное в жизни, Скай. В любом городе можно найти похожее место, если захотеть меняться.