Книга Самое королевское убийство, страница 120 – Си Джей Беннет

— Я бы объяснил. Вы бы поняли. Вы говорите, полиция в курсе, что Нед – отец Валентина, но вы же меня знаете, бога ради. Я бы не убил его за это. Я бы сам рассказал полиции, если бы они меня спросили. Конечно, я бы с удовольствием вышиб из Неда дух. Любой мужчина чувствовал бы то же самое на моем месте. Никто бы меня не осудил. Но я поклялся Ли, что не трону его.

В голосе Хью слышались исступленные нотки. Королева почувствовала, что до него наконец доходит значение обыска в поместье. Тело с ядом в желудке – так просто от этого не отмахнешься.

— А с ее смертью ты решил, что освобожден от клятвы.

Хью бросил на королеву испепеляющий взгляд.

— Вы говорите так, будто знаете, что случилось, – продолжил он. – Ничего вы не знаете.

Конь нервно перебирал копытами, но Хью не попытался успокоить ни его, ни себя. Его ярость хлестала через край.

— Он прижимал Ли к земле, – Хью почти рычал, не отрывая взгляда от королевы. – Ей было слишком страшно, чтобы сопротивляться. Он так стиснул ее шею, пока… делал это… она думала, что умрет. Годы спустя, если я нежно клал руку где‐то возле ее шеи, она впадала в панику, будто сейчас задохнется. Из-за него.

— И ты отрезал эту руку, – пробормотала королева, поняв наконец последнюю деталь.

— Она не заслуживала меньшего. Все кончено. К тому моменту он все равно был мертв. Никто не должен был узнать. Но теперь… Понимаете вы, что наделали? – Хью возвышался над ней на своем нервном скакуне. – Вам‐то хорошо. Три поколения как с картинки у вас перед глазами. А что насчет моих детей? Внуков? Может, полиция вытащила бы скелет из рва через полвека. Никто не смог бы с точностью сказать, как он туда попал. Еще одна загадка дома Сен-Сиров, вот и все. Я сделал все, чтобы их защитить.

— Ты убил человека, а еще одного довел до самоубийства, Хью.

Он пропустил ее слова мимо ушей.

— Теперь разразится скандал.

— Это едва ли на моей совести.

— А что, на моей? – он снова кричал, лицо его побелело от злобы. – Что будет делать Флора? Навещать отца в государственной тюрьме? Как она это переживет? Что станет с Ледибриджем? Вам плевать?

Королева подумала, что и так сказала больше, чем стоило. Норовистая лошадь, почувствовав нервную энергию всадника, в страхе встала на дыбы. Сильнее, чем когда‐либо, королева почувствовала себя совсем маленькой и очень одинокой. Как же глупо она позволила эмоциям взять над собой верх. Она протянула руку во властном жесте, чтобы успокоить животное, но Хью уперся пятками в гладкие бока и попятил лошадь, словно готовясь к атаке.

— Вы прожили славную жизнь, мэм. Но вы сам виноваты. Чертова пронырливая, дряхлая…

Он потерял всякий рассудок. Лошадь снова встала на дыбы, раздула ноздри, выпучила глаза, паникуя под нетвердым руководством Хью. Ей потребовалось бы не больше двух секунд, чтобы затоптать королеву. Взгляд Хью был неумолим.

— Эй!

Рики Депископо рванулся к каменной стене. Он заметил лошадь и всадника, затем приметный платок на седой голове – Босс. Сначала королева с всадником, казалось, довольно дружелюбно болтали. Рики решил, что, возможно, королева не заметит, как надолго они ее оставили. Возможно, она не будет сердиться. Но вот лошадь встала на дыбы, а Босс, которая обычно так хорошо ладила с животными, отступила на шаг. Вот дерьмо. Она подняла руки. Депископо потянулся за пистолетом.