Книга Самое королевское убийство, страница 41 – Си Джей Беннет

— Почему не сказать раньше? – удивился Филип. – Уж наверное, планировать нападение на лабораторию куда меньший грех, чем распилить собственного отца на части.

— Да, сэр, – согласилась Рози. – Они думают, что Лайонс нарочно тянул время под арестом. Если верить им, то Лайонс улыбался от уха до уха, когда они все поняли. Как будто выиграл в лотерею.

— И каков приз?

Рози покачала головой:

— Я спросила, они не знают.

Королева поджала губы.

— Учитывая, чем он на самом деле занимался в те дни, у меня есть гипотеза. – Она вздохнула и понадеялась, что все будет не так плохо.

Все оказалось гораздо хуже.

НЕВИНОВНЫЙ АРЕСТОВАН

ЗА УБИЙСТВО В САНДРИНГЕМЕ

ПОЛИЦЕЙСКИЙ ПРОИЗВОЛ

НА СТРАЖЕ МОНАРШЕГО РОЖДЕСТВА

ДЖЕК ЛАЙОНС: КАК МЕНЯ ПОХИТИЛИ, ЧТОБЫ ИЗБАВИТЬ КОРОЛЕВУ ОТ ПОЗОРА – ПОЛНОЕ ИНТЕРВЬЮ ЧИТАЙТЕ ВНУТРИ

Утром никто в доме не осмелился открыто вчитываться в заголовки, но украдкой газету прочли все.

— Скотина! – первым выразил свое мнение Филип. – Полнейшая скотина.

— Ты тут вообще ни при чем! – жалобно сказала Софи Уэссекская, оскорбленная за королеву.

— Фотографии Блумфилда, подъезжающего к Сандрингему прямо в сочельник… – лаконично заметила Анна. – Не идеальный вариант.

— Они хотят создать впечатление, что мы тут всех дергаем за ниточки! – взорвался Филип. – Или, по крайней мере, что полиция – подхалимы, которые с ног сбиваются, чтобы спасти нашу репутацию, будто у нас не страна, а какая‐то шутовская диктатура. Мы только перерезаем чертовы ленточки в их чертовых полицейских участках, ближе никто нас не подпускает. И раздаем медали за спасение чертовых жизней. Сволочь, – снова пробурчал он.

Королева прочла заметку последней, поскольку накануне вечером она перенапряглась и утро провела, стряхивая остаточные симптомы гриппа. Ей было девяносто лет, и время от времени тело напоминало ей, что о нем нужно заботиться.

После прочтения легче не стало. Длинное эксклюзивное интервью с Джеком Лайонсом раскинулось на четвертой, пятой и шестой страницах. Оно сопровождалось несколькими фотографиями: Сандрингемского дворца, стоящей у окна королевы (этот снимок сделали около десяти лет назад в Шотландии), как будто она наблюдает за событиями из‐за занавески, прибытия в Сандрингем констебля на “субару” и тревожное фото лондонских полицейских в бронежилетах – будто десятки стражей порядка гонялись по улицам за мистером Лайонсом.

Это случилось на следующий день после моего первого Рождества с любимой девушкой и маленькой дочкой – она родилась шесть недель назад. Роды были очень тяжелыми, и Алана еще не пришла в себя до конца. Мы только оправились от травмы, как раздался стук в дверь, и через секунду комнату заполонили орущие полицейские, моя крошечная дочурка зашлась в плаче. Эти людоеды скрутили меня и затолкали в фургон…

…Они кинули меня в камеру, и видно было, что у них на меня ничего нет. Им просто срочно нужен был кто‐то, на кого можно повесить убийство, потому что отрубленная рука моего отца была найдена в охотничьих угодьях королевы…

Но руку нашли не в ее поместье! Неважно, суть не в этом.

Не было и речи о том, чтобы дать мне оплакать отца, которого, как я только что узнал, похитили и расчленили. Только недавно он рассказывал мне о новом проекте по спасению сельской местности, над которым мы собирались работать вместе. Мы обсуждали его несколько недель. Мой отец осознал свой долг перед планетой. Мы восстановили отношения. Моя жизнь должна была поменяться к лучшему, а теперь она рушилась на глазах. Полицейских это не волновало. Они провели бессчетные часы допросов, пытаясь сломить меня, сделать козлом отпущения, чтобы они выглядели молодцами перед очень богатой старой женщиной, чья семья несет ответственность за смерть миллионов невинных животных за последнюю тысячу лет. Более того, они вытащили меня из квартиры в тот самый день, когда королева и ее семья стреляли по фазанам в Сандрингеме.