Книга Самое королевское убийство, страница 90 – Си Джей Беннет

— Хью упомянул это почти вскользь, – сказала королева.

Филип нахмурился. Конечно, он мгновенно уяснил все последствия. Не было ничего необычного в дворянине, которому все равно, с кем спят его дети, но дворянин, которому безразлично, на ком они женятся, и последующая потеря земель или титулов – такой зверь был реже единорога.

Наступила пауза: супруги остановились, чтобы полюбоваться парой упитанных куропаток, крадущихся впереди них по тропинке к фермерскому дому.

— Тебе приходилось наблюдать, как Хью общается с Валентином? – спросила королева. – Хью привозил его к нам стрелять, когда Валентин был еще подростком. Ты же говорил с ними?

— Да. Мальчишка был отличным стрелком. Очень координированный, очень собранный. В поле он был прекрасен – лучше, чем его отец. Я всегда думал, что он продолжит занятия стрельбой, но потом он отчалил в Лондон и так и не вернулся.

— Они с Хью были близки?

Филип пренебрежительно фыркнул:

— Назови хоть одного тинейджера из интерната, который близок с отцом.

Королева могла назвать нескольких, но не стала.

— Но они не были как‐то особенно неласковы друг с другом? – спросила она вместо этого.

Филип разглядывал облака, пока думал:

— Сейчас вспоминаю, и, пожалуй, да. Не то что неласковы, но будто чужие люди. Не помню, чтобы они говорили между собой о чем‐то, кроме собак. Я списал это на общую застенчивость Хью.

Королеву поразило выражение “чужие люди”. Да, именно так, абсолютно. Она задалась вопросом, не притворно ли безразличие Хью. Человек, который ради сына убрал аконит из ядовитого сада много лет назад, казался совсем другим. Но с тех пор что‐то изменилось. Она не думала, что дело в ориентации Валентина. Дядя Неда, Патрик, тоже был геем, и Сен-Сиры относились к этому как к очередному проявлению фамильной эксцентричности – при условии, что он женится на хорошей женщине. Нет, дело было в другом. И Нед, как чувствовала королева, был в самом центре этой загадки.

До чего она докатилась?

Рози представила, как ее друзья в Лондоне, Лагосе и Нью-Йорке попивают капучино по пути на работу в сверкающих небоскребах и прохладных офисах, обмениваются историями о привлекательных мужчинах в коктейль-барах и сделках, которые они собираются заключить. И она – на краю света, с группой людей вдвое старше ее, собирается поставить себя в поистине незавидное положение.

Была половина восьмого утра, и солнце только выходило из‐за горизонта. Рози стояла на старом деревянном пирсе, который поднимался из темно-зеленых вод реки Дикс, что в Викери. На ней было только полотенце и купальник, и она чувствовала, как на коже нарастает ледяная корка. С ней было четверо: двое мужчин и две женщины, два человека тонких, как струна, и два – более дородных. В беспощадном утреннем свете все выглядели белыми как бумага. Кэти обещала Рози, что ей понравится. Сама Кэти сейчас лежала в постели под большим толстым одеялом. Что она могла знать?

— Готовы? Не забывайте, две минуты, не меньше, – объявила Мэри Коллаторн. – Рози, ты новичок, поэтому тебе тридцать секунд. Плечи под воду, иначе никакой пользы. Раз, два, поехали!

Мэри осторожно спустилась по ступенькам причала, вскрикнув от шока, когда добралась до воды. К ее ярко-красной резиновой шапочке быстро присоединились зеленая, синяя и белая шапочки товарищей. Рози шла последней. Как она и ожидала, вода обожгла голени и лодыжки ледяным прикосновением, и ей пришлось заставлять себя продолжить движение вперед. Каждая частица ее существа кричала, что нужно спасаться. Единственной мыслью было забраться достаточно глубоко, чтобы покрыть плечи, и вылезти так быстро, как только возможно.