Книга Задачка на три корги, страница 101 – Си Джей Беннет

— От одной мысли о том, что подозреваемый или подозреваемая может все еще находиться здесь, становится очень тревожно.

— Могу представить, мэм. Что касается вашей помощницы, то здесь у нас крайне мало информации. В адресованных ей записках действительно присутствуют отвратительные расистские высказывания, но я все же склоняюсь к тому, что злоумышленник использовал их для отвода глаз. Как минимум потому, что среди ваших сотрудников есть те, кто также могли подвергнуться преследованиям на почве расовой ненависти, однако этого не произошло. Я почти уверен, здесь что‑то более личное. Но у меня пока нет ни одного предположения, кто бы это мог быть. Те, кто знают Рози, относятся к ней с большой теплотой.

— Не сомневаюсь.

Стронг прищурился и потер подбородок.

— Честно говоря, она меня больше всего беспокоит.

— Неужели? Почему?

— Кто‑то явно не хочет, чтобы она здесь находилась. Мэри ван Ренен сейчас дома, под защитой своей семьи. А Рози Ошоди тут совсем одна. Я попрошу ее быть осторожнее.

Королева подумала, что Рози услышит это предостережение далеко не в первый раз. Она представляла себе, как ее помощница спускается в туннель в одиночку. При хорошем раскладе она выйдет оттуда минут через десять, радостно сообщив, что дверь заперта и волноваться не о чем. Но если она не решилась пойти сегодня, то лучше отложить эту затею и придумать какой‑нибудь более безопасный план.

— Вы совершенно правы, – согласилась королева. – Я тоже.

Рози всегда казалось, что дворец меняется с наступлением ночи. Иногда, если в нем проходит прием или банкет, кругом все сияет. Из глянцевых “мерседесов” и “бентли”, а порой даже старомодных конных экипажей, выходят гости в дизайнерских платьях и “украшениях” – так чаще называют медали на груди у мужчин, чем бриллианты их жен. Двор озарен золотым сиянием, и для своих в ночном Лондоне дворец становится модным центром притяжения.

В обычные дни перемена скорее мрачная. Большая часть персонала уходит домой, поток продавцов, работников и посетителей иссякает, и дворец превращается в обитель тех, кто тут живет или часто остается допоздна. Само здание уже не производит ни на кого впечатление, а его обитатели работают максимально продуктивно и быстрее обычного бегают по запутанным, как кроличьи норы, коридорам, в расположении которых уже несколько веков как нет никакого смысла.

В следующие несколько дней королеву ждал очень плотный график, так что Рози наконец выключила ноутбук и расправила плечи только после восьми. Остальные сотрудники разошлись по домам в шесть, но в кабинете сэра Саймона все еще горел свет. В обычных обстоятельствах она высунула бы голову из‑за двери и крикнула: “Идите домой, жена вас уже заждалась!”, а он бы отшутился, что никогда не приходит раньше половины одиннадцатого, так что там его никто не ждет. Но сейчас, когда их отношения стали немного натянутыми, Рози посчитала, что это будет грубовато. Поэтому она просто пожелала ему доброй ночи, он поднял на нее глаза и кивнул. Чувствовалось, что они оба скучают по старым добрым временам. Рози застыла в дверном проеме, спешно стараясь придумать, как выйти из этой неловкой ситуации. Но сэр Саймон попросил ее закрыть дверь, и она закрыла.

Пару часов назад Рози попросила ассистента раздобыть мощный фонарь и пару резиновых сапог ее размера. Она догадывалась, в каком состоянии может быть проводка в подвале, и не хотела рисковать: лучше на всякий случай обуться в резину. Она не стала спрашивать ассистента, как он их добыл. В личной канцелярии Ее Величества нужно уметь проявлять инициативу. Если все удается, ты получаешь молчаливое одобрение и довольствуешься тем, что начальник замечает твои старания, – а он всегда замечает.