Книга Задачка на три корги, страница 131 – Си Джей Беннет

Они обсуждали эту отвратительную кампанию против Синтии, которую развернули во дворце, и Хелен провела множество воскресных дней в кафе возле разных культурных достопримечательностей, выпивая литры чая и сочувствуя подруге. Обо всем этом она рассказала полицейскому, а еще о странной, неудачной карьере Синтии – от куратора Королевской коллекции в Сент-Джеймсе до отдела обустройства, который отвечает за все лондонские дворцы, и в конце концов ее последней должности в Букингемском дворце, на которой она, похоже, и остановилась, и Хелен постаралась порадоваться за нее. Хотя было трудно.

Хелен никому не говорила об этом, потому что, по правде говоря, никто никогда не спрашивал, но она всегда знала, что свет надежды погас в Синтии тем летом, когда она потеряла работу в Королевской коллекции и сошлась с этим скрытным, ужасным человеком, который прилюдно унижал ее (Хелен своими глазами видела), игнорировал ее на работе (как говорила Синтия) и, скорее всего, избивал ее. Синтия этого никогда не признавала, но Хелен годами наблюдала, как она съеживается рядом с любым мужчиной примерно такого же роста и комплекции. Как так вышло? В институте искусств она была такой же уверенной, свободолюбивой девушкой, как и сама Хелен. Но в тот год, когда ее хороший друг Дэниел погиб в жуткой аварии, она была вне себя от горя. Наверное, отчасти это на нее повлияло. Хелен пыталась уговорить ее найти другую работу в сфере искусства. Ведь она была очень талантлива и обожала барокко. Но Синтия просто ответила, что “все кончено”, ее “имя запятнано” и никто на нее “даже не посмотрит”. Они так и не поняли, что именно произошло, но за одну ночь Синтия из любимицы всего отдела превратилась буквально в персону нон-грата. Как будто ее уличили в краже произведений искусства.

Синтия была раздавлена. Уже потеряв Дэниела, за остаток того года и весь следующий она отдалилась от остальных друзей. Хелен, разумеется, не стала рассказывать об этом медноволосому, потому что он пришел ради истории с записками, но она сразу поняла, что все началось тем летом: горе, потери и неизбежные изменения в характере Синтии. Даже будучи ее лучшей подругой, Хелен не могла не заметить, что она стала очень резкой и категоричной. Хелен знала, что всему виной боль, и поэтому легко ее прощала, но остальные, по‑видимому, не были так великодушны. Хелен понятия не имела, кто мог подбросить ей записки и изрезать всю ее красивую одежду, но предположение детектива о том, что это сделала сама Синтия, показалось ей оскорбительным и странным. Каким бы милым он ни был, его слова оставили горечь у нее в душе. Но чудесное письмо от королевы помогло унять боль от всей этой ситуации.

Хелен решила, что должна написать ответ. Не ответить было бы невежливо, учитывая невероятную доброту Ее Величества. Хелен встала, подошла к широкому сосновому комоду у дальней стены кухни и открыла центральный ящик. В нем она хранила множество сувениров, привезенных из совместных поездок с Синтией: в основном открытки из галерейных магазинов. На них были изображены чудесные картины, и она была уверена, что сможет найти какую‑нибудь подходящую.

О! Вот эта, просто идеально.

Хелен села за стол – кончик ручки на мгновение повис над белой стороной открытки – и принялась писать.