Книга Опасная наследница второй очереди, страница 28 – Вера Окишева

Хорошо прикрываться мертвым, он уже не сможет ничего сказать и защититься. Теперь дядя мой непробиваемый щит против родственников. А еще его слуги.

Я развернулась к Освальду, который присутствовал здесь же в холле, встречая гостей.

— Господин Травин, разрешите наш спор. Дядя Максимилиан упоминал хотя бы раз о моей маме, своей сестре, Александре Петровне?

Управляющий на миг растерялся, но быстро оглядев всех Апраксиных, смело вышел вперед.

— Да, господин неоднократно упоминал свою сестру Александру. Я даже слышал, как он сказал, что мечтал бы отмотать время вспять, чтобы все исправить.

— Благодарю, господин Травин, ваши слова как бальзам на мое израненное одиночеством сиротское сердце.

— Прошу к столу, ужин подан, - кивнул Освальд, приглашая следовать за ним.

И вот я сидела за столом и слушала перепалку моей семейки, представляя, что нахожусь среди змей, которые шипели, кусали друг друга и доказывали мне, что в моем сердце не зло поселилось, а просто из него ушла любовь.

Блеск ножа развлекал меня, не давая погрузиться в черные мысли еще глубже. Освальд пару раз показывался мне на глаза, и каждый раз я улыбалась ему еле заметно, что бы не привлекать внимание.

— А что же наша сиротка ничего не ест и просто молчит? - неожиданно обратился ко мне Василий. - Неужели ты ничего не хочешь унаследовать?

Нет, они не змеи, а свиньи, которые сметали все со стола, не смущаясь траурного настроения. Человек все же умер, а про него словно все забыли. А ведь каждый из них может быть следующим.

— Почему же не хочу – очень даже хочу, – спокойно ответила и отложила слишком уж соблазнительный нож. На кухне, кстати, они куда более привлекательные и острее. Жаль, что нельзя взять попользоваться.

— И что же ты хочешь? - протянула ехидно его жена, та еще мышь, и это при том, что их дочь очень красива. Елена Апраксина, интересно, а она знала тайну своего мужа? Тайну, которая всплыла после ответа детектива, нанятого мною для поиска грязного белья своих родственничков.

— Что хочу, то я обязательно получу, можете не волноваться. Ведь виноградники не самое ценное, что есть у дядюшки Максимилиана.

Все переглянулись за столом, размышляя, о чем это я, но я решила добавить огонька к общению.

— К тому же я слышала, что ты, Василий, всего лишь признанный сын любовницы. А значит, у тебя прав на наследство еще меньше чем у меня! Я законная дочь своей матери, а ты нет.

Ой, что тут началось. Крики, вопли, кидание едой. В голове моей звучала классическая музыка, я с улыбкой уклонялась от летящих в мое лицо листков салата. Елена оказалась той еще штучкой. Вспыхнула как фитиль у динамита, шипела, плевалась огнем. Побледневший Василий орал на меня, что я никто и звать меня никак. Марк возмущался об отсутствии у меня воспитания.

Я хлопнула ладонью по столу, встала и, глядя Марку в лицо, напомнила, по какому поводу у нас траур именно сегодня.

— А вы не думали, дядя, что ваш незаконнорожденный избавился от помехи? Смотрите, как он ест весь вечер и не давится, а у него брат умер! Лицемеры! Хоть кто-то вспомнил о покойнике? Его тело еще не остыло в морге, а вы… жрете, пьете и делите наследство! А у Александра осталось двое детей! Кто о них подумал? Может быть, вы, Ольга? - обратила я внимание всех на его мать, которая пусть и выглядела бледной и молчаливой, но не безутешной.